Изначальная причина, разумеется, это их лидер. Юрий Глебович не был солдатом и потому не мог организовать сильную боевую группу. Даже среди его приближённых не было профессиональных военных, которые могли бы помочь поставить клан на военные рельсы.

Быть может, в более суровых условиях им бы, так или иначе, пришлось научиться драться и занять своё место среди остальных кланов города. Но здесь сыграл ещё один фактор, который повлиял на ветвь развития «Братства» ещё больше, чем руководитель. Это — крайне выгодное месторасположение лагеря.

Мало того что шептуны жили на неприступном острове, так они ещё имели доступ ко всем жизненно важным ресурсами. Одно такое место — та самая пещера, которую мне только что продемонстрировал «Глебыч». Сюда на постоянной основе приплывает железо и пластик, что закрывает львиную долю потребностей лагеря.

Вторая локация — мост. Туда регулярно заглядывали волны тварей, богатых биоматериалами и люминаторами.

Третий источник ресурсов — теплицы, которые расположились прямо под капсульной деревней.

— Здесь мы выращиваем все необходимые ингредиенты для печати еды, — хвалился тот самый ботаник, о котором упоминала Юля в нашем прошлом разговоре. — У нас даже металка имеется, на которой растёт металлолом ремесленника, — он развёл руками, — так что простейшие виды брони и оружия мы тоже можем крафтить.

Ботаник бы третьим и самым младшим человеком в «Братстве шёпота». Это был невысокий паренёк, которого отличал ото всех других шептунов белый докторский халат.

Он имел семнадцатый уровень, специализации агроном, агрохимик и селекционер. И как ни странно, был наделён даром ботаник. Потому его так все и называли — «Ботаник».

— Занимательно, — кивал я собеседнику, разглядывая ровные ряды теплиц, мимо которых мы с ним неторопливо шагали.

Мы находились на минус первом уровне лагеря. Этот этаж был приспособлен под тепличное хозяйство. Здесь трудилось много печаток-садоводов и ошибок. Они собирали с растений плоды и складывали их в обычные огородные тележки.

Вернее, в данный момент работали только ошибки. Все остальные выстроились живым коридором, чтобы поглазеть на меня. И во всех глазах, с которыми я встречался, читалось одно и то же — предвкушение скорого снятия блокировки. Некоторые из них даже выкрикивали: «Даёшь тринадцатый уровень, волевик!». Или такое: «Взломай уже систему! Хорош ждать!».

Я же приветливо кивал.

Не мог же я сказать, что не собираюсь этого делать. И чтоб сменить тему, настойчиво расспрашивал про то, как здесь всё устроено.

— Так, ребят, не доставайте Константина, — вторил «Ботаник» садовникам. — ждите вечера.