Целитель тихо напевал себе под нос, иногда произнося названия заклинаний. Время текло медленно. Каждый цикл лечения длился часами, но для меня это были мгновения — Ясное сознание приучило меня не считать времени и просто заниматься своими делами, полностью абстрагируясь от таких мелочей как боль.

И вот, в какой-то момент я почувствовал, как веки становятся легче. Глаза приоткрылись, размытая картинка постепенно стала наполняться четкими деталями и вскоре я смог внимательнее рассмотреть палату и своих коллег. Медсестры и санитары облачены в темно-зеленые одеяния с вышитыми на рукавах гербами рода Аксаковых, врачи в светло-зеленых хирургических костюмах, а целитель облечен в кристально чистый белый халат с выжитым на груди золотыми нитями гербом.

Одежда шикарная, но и сама палата поражала роскошью и технологичностью. Высокие потолки украшали магические светильники, излучающие мягкий свет и судя по всему убивающие микробов. Стены отделаны редким камнем с вкраплениями светящихся кристаллов. Мебель выглядела величественно: резная кровать с балдахином, инкрустированный столик, шкафы с изящной гравировкой.

В углу палаты стоял сложный диагностический комплекс, мерцающий разноцветными кристаллами. Рядом с кроватью — столик с различными зельями и целительскими инструментами. На стене — панель с показателями моего состояния. Вот это я понимаю — медицина! Владелец этих хором явно беспокоится о здоровье и комфорте пациентов и даже боюсь представить, сколько всё это может стоить.

Дверь распахнулась, и в палату снова заглянул граф Аксаков. Поначалу он выглядел обеспокоенным, но увидев мою широкую улыбку, облегченно выдохнул.

— Ну что, герой, — усмехнулся он. — Готов поспорить, что ты не доживёшь до утра?

— Ой, не дождешься… — прохрипел я.

— Буду рад, если не дождусь, — кивнул граф. — Но признаюсь, ты заставил нас всех понервничать. Ликвидаторы по рации успели сделать ставки — кто-то даже поставил на твою гибель в момент броска.

— И кто победил? — спросил я с иронией.

— Ты, — хохотнул Аксаков. — Ставок на то, что ты выживешь не было. Но сразу скажу, в итоге я поставил на то, что ты успеешь деактивировать сердце прорыва и только потом помрешь! — окончательно рассмеялся он, а мне даже стало немного приятно. Ну хоть кто-то в меня поверил.

— Ну так что… — тихо просипел я, все-таки голос пока не восстановился, — Сколько всего поставили? Я бы забрал выигрыш…

— Скажу не как аристократ, а как ликвидатор. Хрен тебе, Вова, а не выигрыш. Ты же ставку сделать не успел, — развел руками Аксаков и присел на край кровати. — Но знаешь что? Ты удивил меня. В хорошем смысле. Такой живучести я давно не видел.