Понял, не дурак, дурак бы не понял. Меньшиков хорошо так поржал над моими огненными кулаками и двинулся вперед, наложив на себя баффы. Ускорение у него тоже оказалось гораздо продвинутее моего, я банально не успевал блокировать все удары. Барьер жалобно затрещал, каждый удар Меньшикова лишал меня десяти процентов энергии. Если бы не инвентарь…

Серия ударов, затем еще и еще. Гора мускулов выкладывалась по полной, от него буквально исходил мощный жар, строгий костюм промок насквозь, в ботинках хлюпало. Это он так охлаждается?

— А ты силен для задохлика, — с уважением прохрипел Меньшиков. — Опытные бойцы уже давно ложатся, а тебе хоть бы хны.

Ага, хны, два кристалла высосал, пока держался и присматривался к барьеру противника. Щит у него был классным. Сюрикены снимали первый слой и взрывались при контакте со вторым. Максимум мне удавалось снять три, и он восстанавливал весь пирог. Даже не знаю, как такой пробивать… а нет, знаю!

Сам пошел навстречу к Меньшикову, поднимая объятые огнем кулаки. Гигант торжествовал, он слегка отдышался и готовился сжать меня в смертельно опасных объятиях. Не уверен, что, попав в его ловушку, смогу выбраться. Будем стоять, как идиоты, пока у кого-то не кончится резерв… Не, нафиг. За метр до цели активировал купол отчуждения. Наши щиты, пламя, баффы — все исчезло.

— Че, сука, думаешь, не знал о твоей родовой абилке⁈ — ничуть не растерялся гигант. Даже без ускорения он оставался очень быстрым. — Ты себя в зеркало видел, задохлик?

— Нет, предпочитаю смотреть на красивых девушек, а не онанировать на свою внешность, — спокойно ответил ему, бросившись в другую сторону. Его толстые пальцы хватанули воздух в нескольких миллиметрах от моего пиджака. — Уйди, противный!

— Твои тупые шутки тебе не помогут! — Он припал к земле и побежал следом, как я и хотел.

Выбежав из купола, я резко развернулся и с наслаждением ударил огненным кулаком прямо по Меньшиковской роже. Тело гиганта снесло, как пушинку, и он напоролся спиной на выросший из земли каменный шип. Чтобы добить наверняка, пустил следом сразу три сюрикена. Они, увы, растворились в воздухе, наткнувшись на разделивший нас барьер.

— Кирилл Строганов объявляется победителем! — Строгий голос Николая Семеновича перекрыл недовольный гул толпы.

— Почему? Он же не сдался! — выкрикнул я.

— Нет, он потерял сознание. Шоу окончено, расходитесь.

Под строгим взглядом ректора толпа постепенно рассосалась. Юля и Элла куда-то ушли, зато появилась наша собственная команда. Девушки с визгом поздравили меня с яркой победой, а Ломоносов пробубнил: