Облизал пересохшие губы. Часть меня хотела остановить Барона. Сказать: «Постойте, может, не стоит так жёстко…»
Но другая часть — бо́льшая и злая — вспоминала лицо Гуннара. Старика, который сейчас гнил в каменном мешке из-за этого ублюдка.
Промолчал.
Барон повернул голову.
— Я пришёл сообщить тебе, Кай.
Голос снова деловой и отстранённый.
— Вересковый Оплот пал окончательно.
Слова не сразу дошли до сознания.
— Что?..
— Разведчики доложили. К Чёрному Замку движется последняя группа выживших. Ты должен был это знать.
Последняя группа.
Оплот.
Деревня, которая стала почти родной. Люди, которые стали почти семьёй. Кузница, запах смолы и дыма, Вересковая площадь…
— Сколько? — голос прозвучал хрипло. — Сколько выжило?
— Немного. Полсотни. Может, меньше.
Полсотни из нескольких сотен. Холод разлился по венам, словно Огненной Ци у меня никогда и не было.
Оплот мёртв.
Барон снова повернулся к Брандту — тот всё ещё стоял, поникший и жалкий.
— Ты больше не имеешь доступа к Горнилу, — повторил Ульрих. — Это приказ.
Великан поднял голову. Глаза уставились на фон Штейна.
— И что же мне делать теперь? — голос дрожал. — Куда идти?
— Это не моя забота, — ответил Барон холодно. — Можешь жить в городе, если желаешь, а можешь уйти — всё равно.
Пауза.
— А теперь покинь Горнило.
Брандт стоял, уставившись в пол. Плечи тряслись — от рыданий или от ярости, понять невозможно.
А потом великан поднял глаза на меня.
И в глазах, сквозь слёзы и боль, горел тёмный и ядовитый огонь.
— Ты, — прошептал бес. — Ты. Впредь озирайся по сторонам, мальчик. Стоит тебе только выйти отсюда, и мы встретимся снова. Барона не будет в Нижнем городе.
Угроза повисла в воздухе.
— Брандт! — рявкнул фон Штейн.
Кивок в сторону выхода.
Великан постоял ещё мгновение, глядя на меня с такой ненавистью, что кожа покрылась мурашками, а потом развернулся и пошёл к двери.
Огромный и сгорбленный — похожий на старую, побитую собаку.
Шаги гулко отдавались под сводами Горнила.
Дверь скрипнула и хлопнула.
Глава 19
Такая тишина бывает, наверное, только после битвы, когда смолкают крики, последний клинок падает на землю, и мир замирает, словно не веря, что всё закончилось.
Горнило онемело — отзвуки шагов Брандта растворились в каменных стенах, но воздух дрожал от слов, которые никто не решался произнести.
Барон Ульрих фон Штейн медленно прошёл к массивному столу совещаний в центре Ротонды. Его шаг отдавался гулким эхом под сводчатым потолком и он сел на стул, на котором ещё недавно сидел Ржавый Бес.
Я моргнул, не сразу осознав, что произошло. За время, что находился в Чёрном Замке, ни разу не видел этого человека сидящим. Барон всегда стоял, как несокрушимая башня, бросающая тень на всех вокруг, а теперь просто сидел в резном кресле во главе стола.