Остальные уроки чем-то особенным не отличались.
Лавруха наставила полкласса «двоек» за выполнение домашней работы, включая и мне. Вчера я ведь только собрался делать «домашку», но так и не собрался. Зато на следующем уроке у неё, на литературе, мы с ней поспорили насчет раннего творчества Горького, за что она мне выставила в журнал и дневник «отлично».
Середина на физике меня не спросила, зато отыгралась на моей соседке. Впрочем, Светлана всегда отличалась прилежанием, получила свою «четверку», чуть замешкавшись на дополнительных вопросах.
— Ты с нами? — поинтересовался Мишка, собираясь домой. — Или всё, кончилась дружба?
— Мы с вами! — ответила за меня Светлана, делая акцент на «мы».
— Ладно, пошли!
— Пирожки возьмем? — невинным голосом поинтересовался Андрюха.
— Возьмем, — буркнул Мишка. — Спрашиваешь еще!
С подноса мы все вместе взяли больше десятка пирожков с повидлом, сложив их в сумку к Андрюхе, внутри которой для них был приготовлен большой целлофановый пакет.
Мишка протянул на кассе рубль и сказал:
— За 10 пирожков!
И получил полтинник сдачи. Неожиданно следом за ним вылезла Светка, протягивая 20 копеек:
— За 4 возьмите!
На улице она нам высказала:
— Как не стыдно, мальчики! Они же потом из своего кармана недостачу выплачивают!
Мишка хмуро посмотрел на неё, промолчал. Я виновато развел руками у Светки за спиной. А Андрей зло засмеялся, заметив:
— А они за сумки, которые вечером домой таскают, тоже из своего кармана выплачивают?
Мы молча поделили 14 пирожков, причем, Светлане отдали 4, за которые она заплатила.
— Мне много, — отнекивалась она, но Андрей был неумолим.
— Бери! Дома съешь!
И так же молча съели их по дороге. Настроение было испорчено, общаться не хотелось.
Я со Светкой направился к ней.
— Тош!
Давно меня так Светлана не называла.
— Тоша! Ну, что я не так сделала? — она чуть не плакала.
Я обнял её за плечи, прижал к себе, чмокнул куда-то в висок.
— Светик! Понимаешь, весь кайф был в том, чтобы этот пирожок слямзить! Изначально!
Я засмеялся.
— А ты его поломала. Вот ребята и разочаровались… В смысле, чуть-чуть обиделись. Поняла?
Светка кивнула. Но глаза у неё набухли слезами.
— Не переживай, солнце! Завтра с тобой вместе пирожки пойдем воровать!
Она улыбнулась:
— Ну, вас нафиг, пирожковые воришки!
К процедуре мы приступили сразу же. Светка сходила в душ, я помыл руки.
— Сегодня что?
Я на минуту задумался:
— Давай руки. Останутся силы, займусь спиной или животом.
Она, уже знакомая с процессом процедуры, легла передо мной на спину, одев на себя майку.
— Чтоб тебя не смущать! — пояснила Светка и закрыла глаза…