— Что это? — недоверчиво буркнул я, вовсе не торопясь принимать в свои руки непонятную хрень.

— Мандрагыр… — благоговейно прошептала Аня, — Да ещё и такой большой и старый… Бери и даже не сомневайся! Он тебе ещё ох как пригодиться может! Ну надо же… У моей бабушки только маленький кусочек был, а тут целый! Он же целое состояние стоит…

— А ты, девка, губу-то не раскатывай! — грубо оборвала её старуха, — Сей дар не для тебя! Ты и без отдарка обойдёшься! И в моё болото лучше не суйся одна, а то больше не выберешься… — процедила она под конец. Я же всё же взял брезгливо этот корень, и равнодушно убрал его в рюкзак.

— А что, хозяйка, много ли ты уже тут людишек сгубила? — деланно равнодушно поинтересовался я, — Силы-то прилично у тебя скопилось. Знать, заходят люди-то?

— Ой, много касатик. И не счесть, как много! И не простых людишек-то… — мелко захихикала она, игриво поправив свою лохматую чёлку, бросив на меня кокетливый взгляд, отчего меня чуть не передёрнуло, — Ну, а как им не заходить, ежели на несколько сотен вёрст вокруг у меня самое старое и большое болото? Тут таких трав для зелий можно набрать, что и не сыскать больше нигде, вот и заходит знающий люд. Кто с подарком приходит — могу и отпустить, ну а кто без — того сразу на дно и отправляю. Ну, а ежели обычный люд заходит в поисках морошки той же, то тех вообще без разговоров в расход пускаю. Нечего им тут шляться!

— Понятно, — пожал плечами я, и больше не стал сдерживаться, — Умри!

Чёрным потоком хлынула от меня сила, накрыв её с головой, а когда схлынула — от кикиморы только пепел остался, медленно осыпавшийся на землю… Даже пискнуть не успела.

— Не то, чтобы меня это расстроило, но всё же спрошу… Зачем? — ошарашенно поинтересовалась девушка, глядя на то место, где ещё недавно стояла кикимора.

— Так ты же тоже её слышала, — пожал плечами я, — Она уже невесть сколько народу сгубила тут, и ещё неизвестно сколько отправила бы на тот свет потом, если бы мы её не устранили. Совсем спятила старушка, — сделал я вид, что забочусь о людях, хотя на самом деле меня так скрутила моя сила, что я понял, что если я сейчас не отдам ей кого-нибудь на растерзание, то она просто сожжёт меня изнутри.

— Странно. В первый раз слышу, чтобы потомок Кощея заботился о людях, — с подозрением глянула на меня девушка, — Я слышала про вас от бабушки. По её словам вы все — страшные эгоисты, у которых на первом месте всегда личный интерес. Ещё вы очень мстительны и коварны. Теперь понятно, почему ты не хотел, чтобы я узнала, кто ты есть…

— А что, это что-нибудь изменило бы? — устало поинтересовался я. Как-то вымотал меня этот день, хоть последний и бой и вышел довольно простым.