Несколько десятков искалеченных детских судеб. Живыми эта мразь их не составляла. Ничто не должно было омрачить его репутацию примерного семьянина. Даже не представляю, как так получилось, что за все эти годы полиция не смогла его раскрыть, а вурдалаки буквально за пару недель вскрыли всю его подноготную. Хотя, учитывая его деньги и связи, ничего удивительного. Толстой пачкой денег почти всегда можно закрыть рот практически любому. И вот чего этим типам не хватает? У тебя же всё есть, бабла не меряно. Казалось бы, живи да радуйся, но нет. Скучно им так жить становится. На что-то особенное тянет.

Мой отец как-то избежал подобного, ну, или я об этом не знаю, но всё же пару подобных товарищей в его окружении я знал. Один любил зэков в тюрьмах выкупать, отвозить в дикие места и устраивать на них что-то вроде сафари охоты, второй же был большим любителем молоденьких девочек. Правда, насильно действовать ему почти не приходилось. Почти все они соглашались добровольно за большую сумму денег. Почему-то чем больше у человека денег, тем на большую дурость его тянет. Нет, я тоже, конечно, далеко не ангел был, но обычно вся моя дурость заключалась в том, чтобы снять пару девочек, нажраться, и гонять с ними на машине по ночной Москве. Но я за эту дурость расплатился собственной жизнью, и теперь настала пора и этому уроду расплатиться за свои проступки.

— Где подвал? — мрачно спросил я, и решительно встал.

— Там, — отмахнулся молодой.

— С тобой послать кого-нибудь? — спросил Серго, посерьёзнев.

— Сам справлюсь, — хищно оскалился я, и пошёл в указанную сторону.

* * *

Любитель маленьких детей оказался неожиданно оказался довольно здоровым и представительным мужиком. Было видно, что по молодости он дружил со спортом, но сейчас подзапустил себя, и заплыл жирком. Он лежал связанный по рукам и ногам, и сверлил меня яростным взглядом.

— Я не знаю кто ты, парень, и что вы тут задумали, но лучше бы тебе меня отпустить, — прорычал он, едва я убрал у него кляп, — И тогда я возможно пощажу вас. Уверяю, уже очень скоро мои люди найдут вас, и тогда живым отсюда никто не уйдёт…

— Да, твои люди довольно талантливы, не спорю. Столько лет зачищать за тобой твои развлечения с детьми, но сейчас не та ситуация. Не надейся. Никто тебя не найдёт. Они сейчас по ложному следу идут, им не до тебя, — усмехнулся я, снял с плеч рюкзак, и вытащил оттуда шкатулку с ножом. Нож, подаренный наставником, я подобной мразью пачкать не хотел, а вот проклятый нож вполне подойдёт для этих целей.

— Что ты задумал? — забеспокоился он, наблюдая, как я достаю своё недавнее приобретение. В полумраке подвала, освещаемого лишь светом фонаря из маленького окошка под потолком, лезвие ножа под этим светом выглядело довольно зловеще.