— Не-не, спасибо, но я, пожалуй, откажусь, — поспешно открестился я от столь сомнительного удовольствия, — Мне вообще-то прекрасно спалось, пока ваш домовой не решил вдруг меня разбудить. Не устраивает его, видите, моё нахождение в этом доме, — без тени сомнений сдал я маленького поганца и даже кивнул на него, позабыв, что это племя далеко не каждый маг увидеть может, а не то что обычный человек. Только когда произнёс всё это, до меня дошло, что хозяин его и не увидит, но, к моему удивлению, тот повернулся к тому месту, на которое я кивнул, и нахмурился. Домовой аж присел от страха под его взглядом.

— Ефим! — рыкнул мой новый наставник, — Ты опять безобразничаешь? Я тебе сколько раз уже говорил, чтобы ты не смел пугать моих гостей?

— Но хозяин… — испуганно пискнул тот.

— Никаких но! — он аж ногой топнул возмущённо, — Всё дорогой. Теперь точно всё. Завтра же наговор найду по изгнанию домового из дома, и пойдёшь ты отсюда восвояси. А я лучше другого домового себе найду. Более хозяйственного, и такого, который не пойдёт против моей воли! А то взял моду своевольничать. Разбаловал я тебя… Надо было тебя каждый день сажать зерно перебирать, тогда времени на дурь у тебя не оставалось бы, ну да ничего. Завтра же ты вылетишь отсюда!

— Хозяин, не губи! — взвыл домой, заливаясь горючими слезами, и бросившись к ногам Сергеича, обхватило их своими лапками, — Ты же знаешь, что не можно домовому без дому! Погибну я тогда!

— Знаю, — согласился с ним тот, — И ты знаешь. Только почему-то это знание не мешает тебе идти поперек моей воли! Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не лез к моим гостям, а? И вот опять тоже самое! Нет, точно выгнать тебя придётся… — осуждающе покачал головой он.

— Не губи… — проскулил домовой, — Мы, домовые, должны дом защищать по Покону от таких, как этот… — кивнул он на меня, — Ну не можно кощееву отродью жить в доме, где живёт…

— Заткнись! — вдруг грубо оборвал его Сергеич, не дав мне услышать самое интересное — кто же он, собственно, такой. Вроде, не маг, а домового видит и знает о них. Домовой замолчал, и испуганно захлопал глазками-пуговками, преданно глядя на хозяина, — Это не тебе решать, кто тут может жить, а кто — нет! Тебе достаточно знать только одно, что это — мой гость! Всё, точка! — рыкнул он, никак не отреагировав на «кощеево отродье», хотя, по идее, должен был.

— Так, — внезапно успокоился наставник, и как-то недобро глянул на домового, — Нет, так дальше это продолжаться не может. В доме только один хозяин может быть, и это я. Я не допущу, чтобы ты и дальше шёл поперёк моего слова. Хватит. Ты обидел моего гостя, и теперь твоя судьба будет в его руках, — кивнул он на меня, — Как он скажет — так и будет. Что скажешь, Дмитрий, — повернулся он ко мне, — Изгнать мне его, или оставить, придумав какое-нибудь наказание? Ты пострадавшая сторона, тебе и решать, — он замолчал, в ожидание моего ответа, а испуганный домовой переводил тоскливый взгляд с него на меня и обратно.