— Р-гав! — прервал тут мои размышления Трезор, как будто намекая своим лаем, что хватит уже ерундой страдать, пора бы и делом заняться. Для него эти дни тоже даром не прошли. Следующие мои походы после на медведя проходили обязательно с его участием, и мне пришлось не мало попотеть, обучая его различным командам и брать след. Сергеич напрямую сам ему ничему не учил, рассказывая мне, что делать, и дальше уже я сам обучал пса. Можно сказать, он теперь неотлучно был со мной, следуя за мной буквально везде. Когда мы возвращались домой из лесных походов первым же делом мне приходилось заниматься им начиная от мытья лап, и заканчивая тем, что каждый раз нужно было тщательно его вычёсывать проверяя, что к нему на тело не прицепился кто-нибудь из многочисленных лесных паразитов, типа тех же клещей. Ну, и дома обучение тоже не прекращалось.

— Думаешь, пора? — усомнился я, — Смотри, солнце высоко ещё. Куда нам торопиться? Может, потом до него доберёмся, а сейчас пока перекусим?

— Гав! — тут же согласился со мной Трезор, отчаянно завиляв хвостом и начав суетливо переступать с лапы на лапу. Слово «перекусим» он знал уже очень хорошо. Как и то, что надо было терпеливо ждать, пока я достану еду, а не наскакивать на меня, мешаясь под ногами.

Я давно уже приметил чуть в стороне поваленное дерево, и не спеша направился к нему. Уселся на ствол, предварительно оглянувшись, чтобы не насадить себя на какой-нибудь сучок, достал из рюкзака заранее нарезанные хлеб и куски вяленого мяса, пару огурцов и яиц, сделал себя что-то вроде бутербродов, кинул один кусок мяса Трезору, моментально исчезнувший в его бездонной пасти, и приступил к еде.

— Приятного аппетита! — пожелал за моей спиной кто-то. От неожиданности я подавился и закашлялся. Чуть придя в себя, я бросил укоряющий взгляд на пса, который не соизволил меня предупредить о не званом госте и продолжал как ни в чём не бывало сидеть и умильно глядеть на меня, никак не отреагировав на голос в ожидании подачки, и без резких движений повернулся назад, проверить, кто там объявился.

— Ты, мил человек, пёсика-то своего не ругай, — добродушно попросил маленький сморщенный дедок, одетый в какую-то длинную, ему до колен, фуфайку и лапти, — Собаки-то нас не увидеть ни учуять не могут. Вот ежели бы ты с котом пришёл, тот — да, и увидел бы и учуял бы, но не факт, что предупредил бы тебя. Больно уж кошачье племя своенравно, хе-хе, — мелко захихикал он, а я вспомнил, где уже видел похожего старичка. В лесу, после битвы с ведьмами. И представился он тогда лешим, вроде как.