Впрочем, увидев, что её подруга сделалась бледнее бумаги, она всё же решила сменить тему. Эви впервые отправляли к директору, и она была в полнейшем ужасе.

– Да не волнуйся ты так. С тех пор, как один учитель-циклоп размером с гардероб и с одним-единственным глазом во лбу заставил свой класс тысячу раз написать «Мой учитель всегда прав», подход к наказаниям в школе изменили.

– Наказания? – пролепетала Эви, окончательно скиснув.

– Ага, теперь, знаешь, они должны быть с образовательным смыслом: могут заставить, например, полировать до блеска хрустальные шары, составлять каталоги старинных книг в библиотеке или чистить будки церберов во дворе.

Эви сделала глубокий вдох, сдерживая слёзы.

– И моих родителей вызовут в школу, да?

– Не, не думаю. Знаешь, если в конце дня вызывать в школу родителей всех учеников, кто схлопотал вызов к директору, то никто и до ночи домой не вернётся.

После того, как подруги спустились по лестнице, миновали по подземным тоннелям школьный спортзал и одолели все тысяча шестьсот двадцать три ступеньки, ведущие на вершину главной башни, они наконец добрались до приёмной директорского кабинета. Там они выяснили, что их не единственных отправили к директору.

На одном из стульев сидела девочка – рыжеволосая, с чуть заострёнными ушками, – и, глядя в пол, беспокойно грызла ногти.

Подруги сели напротив и некоторое время разглядывали её, тогда как девочка не отрывала взгляда от собственных носков.

Наконец Эви, в голове которой неумолчно звучало напутствие её мамы «будь со всеми вежлива», не выдержала и нарушила молчание:

– Меня зовут Эви, а это моя подруга Саманта. За что ты здесь? – спросила она.

Незнакомка показала листок бумаги, который нервно комкала в пальцах.

– Мне нужно, чтобы донья Фантома подписала вот это прошение. – Листок был измят уже настолько, что Саманта и Эви начали опасаться, как бы он не рассыпался ещё до того, как кто-то успеет коснуться его пером.

– А что это? – полюбопытствовала Саманта.

– Заявление о том, чтобы мне выдали карточку оборотня: когда я начну перекидываться, то получу освобождение от уроков в дни, следующие за полнолунием. Правда, взамен мне придётся ещё добавить в учебную программу уроки «Фазы Луны» и «Художественный вой».

– Два дополнительных предмета! – ужаснулась Саманта. – Я и так-то не успеваю делать всё, что нам задают!

– Кстати, меня зовут Лола, – представилась девочка-оборотень, которая после беседы с Эви и Самантой как будто немного успокоилась.

Внезапный порыв ледяного ветра наполнил приёмную холодом. Из стены кабинета выступила донья Фантома – прозрачный призрак самого сурового вида, который замер и материализовался перед девочками. В руках она держала папку с полным списком всех зачисленных в школу учеников. Чтобы установить личности всех трёх девочек, ей хватило и пары секунд. И это при том, что на фотографии в личном деле Эви была без очков, Саманта – без шляпы, а Лола моргнула.