— Эта история становится все удивительнее. Но Рей, спасибо, бомба действительно упростит переговоры. У любого бессмертия есть предел, — Ричард довольно улыбнулся перекошенными губами.

Заспанный сторож открыл дверь после добрых получаса стука и матерных воплей.

— Господа, что случилось? Я чем-то могу вам помочь? — сторож компаньонов узнал, хоть и видел до этого всего один раз.

Ричард молча извлек из-под полы плаща длинную узкую бутылку с широким основанием. Там лежал изрядный кусок позвоночного столба. Его передали в качестве одного из презентов. Столб так понравился Ричарду, что он присовокупил его к коллекции. И вот сейчас зачем-то взял с собой.

— Магистр Йорвин живет на Изумрудной улице, десятый дом от центрального проспекта. Если желаете, я могу вас сопроводить, — сторож был сама учтивость.

— Спасибо, наш возница неплохо ориентируется, думаю, проблем не будет, — Ричард коротко кивнул и жестом увлек за собой Салеха. За границами света уличного фонаря они растворились во тьме.

— Ричард, мне вот сейчас очень интересно, а вот что сейчас это было? Ну с этим хребтом наформалиненным? Зачем ты его взял? Какой-то тайный знак? Ну там, кольцо на пальце, хитрый жест, кусок человека, очень человеку нужный? — Рей пребывал в недоумении.

— Мистер Салех, в другой момент я бы с радостью навел тумана и всласть над вами поиздевался, но, к сожалению, на это просто нет времени. Ответ простой: я подумал, что может быть самым нелогичным в той ситуации, в которую мы попали? — Гринривер долго подбирал слова.

— И ты взял с собой позвоночный канал. На случай, если сломаешь трость?

— И это сработало, — Ричард довольно хмыкнул, — но я вам скажу честно, я совершенно не понимаю, что же сейчас такого произошло.

— Зато я знаю. Ты, Ричард, ебанутый. И твой этот Йорвин — тоже ебанутый. И все, кто его окружает, тоже ебанулись. Или мертвы. А ебанутый ебанутого всегда видит издалека. Одна с тобой порода, — Рей хмыкнул и утер нос платком. На его куртке выступила влага. Ночную столицу окутывал туман.

— И заметьте, Рей, именно вы внесли в эту ситуацию ясность. И именно вы сейчас обнимаетесь с бомбой. Вы слишком хорошо нас «видите издалека», чтобы не быть одним из нас. Мистер Салех, должен вас поздравить, вы тоже ебанулись.

— А это я в качестве юношеского протеста. Нигилист я по натуре, понимаешь?

На это Ричард уже ничего не смог ответить. И лишь приподнял свой цилиндр в жесте «мое почтение». Он признавал раунд за приятелем.

Прислуга в доме архимага жизни тоже проснулась далеко не сразу. Черное небо уже начало сереть. А в садах запели птицы.