— До конца жизни своего никчемного и уродливого тела! — Нар одобрительно похлопал в ладоши, — но мы будем первыми, кто тебя попробует на зубок.

— Еще чего! Лучше друг друга попробуйте! — воскликнула я, и в моих руках появилось пламя.

— Обычная мыслемагия против нас бессильна! — рассмеялся Вит, — мы к ней невосприимчивы! Куда делся наш хватайка, кстати? Мы посылали его за тобой, а он не вернулся.

— Я убила его.

— Чушь! — заорал Нар, — такая бестолочь, как ты, не могла причинить ему вреда! Ты не представляешь, что я с тобой сделаю!

Гном кинулся ко мне, размахивая молотком, и я внутренне сжалась в ожидании удара, но тут произошло нечто странное. Коротышка на бегу споткнулся о что-то невидимое, пролетел пару метров вперед и рухнул мне прямо под ноги. Он выронил свой молоточек, а когда поднялся, то заверещал от боли. Неведомая сила подняла его вверх, а затем швырнула прямо в Вита! От удивления тот не успел отреагировать, и оба гнома повалилась на пол.

— Не знал, что великие гномы-артефакторы опустились до банального сутенерства, — послышался голос Сергея, и коротышки задрожали как осенние листья.

— А что, если мастер Димли узнает о том, чем вы тут промышляете? Хотя, если мы с вами не договоримся, то он никогда и не узнает об этом, — Сергей стал видимым, и в его руке появилась черная «Беретта». Щелкнул взводимый курок, и гномы замерли.

— Белый охотник, — Нар поджал губы.

— Говорила я вам! Я его знаю! И его, и Еххи, и Герду, всех знаю! — довольно пропела я, — что это вы притихли?

— Давайте попробуем обойтись без старого доброго ультранасилия, — Сергей навел пистолет на Вита, — я буду задавать вопросы, а вы отвечать. Не пытайтесь хитрить и обманывать, иначе Рагни откусит вам оставшиеся конечности.

Тень отделилась от охотника и обернулась чудовищем. Гномы затряслись еще сильнее, потому что фазовый волк подошел к ним чуть ли не вплотную и раскрыл свою огромную пасть.

— Я покопался в документах московских артефакторов и ни хрена не понял. Там указаны только названия предметов без описания их предназначения. Думаю, что вы знаете собственные поделки гораздо лучше, чем горстка воров и обманщиков. Какой артефакт самый главный? Что вы хотите вернуть?

— Ага, — поморщился Вит, — сейчас мы тебе скажем, и ты захочешь оставить его себе.

— Я не понял, ты что, седобородый, торговаться вздумал? Сам висишь на нитке, а думаешь о прибытке? У нас, русских, есть в запасе еще немало клевых поговорок. Вы же обо мне слышали? Я скор на расправу. Так что давайте по существу. Что у вас стащила Елизавета, раз вы до сих пор за этим гоняетесь?