— Увы, — добавил доктор, и Мартин посмотрел на него с сочувствием.

— Что так, совсем плох? — удивился я.

— Он очень хороший человек, но слишком добрый, — пояснил ученый.

— Ему не хватает жесткости. Если бы наше княжество не торговало рыбой и нефтью, то нам бы наступил конец, — доктор рассмеялся, — в общем, он бездарный руководитель, и появление Софии как раз вовремя. Мы уже провели генетическую экспертизу, и результаты подтверждают ее право на трон нашего княжества.

— Ух ты! — выдавил я, — она станет царицей рыб и нефти?

— Великой княгиней, — Мартин усмехнулся, — но не сейчас. Мы должны убедиться, что она сможет совладать с силой частиц творца, иначе ей не видать скипетра.

— Испытание, понимаю, — я кивнул, — ладно, давайте коляску. Пять дней. Я был в коме, да?

— Да, Сергей Викторович. Вас выбросило прямо на набережную, — ответил ученый. В палату вошла медсестра с коляской и мужчины помогли мне в нее пересесть. На груди у доктора нашивка — «Олаф Нильсен». На русском языке. Вот же, чудное место.

— И что дальше? — спросил я, когда меня выкатили из палаты.

— Вы были без сознания, — сказал Мартин, — я вызвал реанимобиль. Все сработали профессионально. Одна ошибка, и вас было бы не спасти. Вы потеряли много крови, благо что мы уже давно изобрели искусственную, подходящую почти всем людям вне зависимости от группы крови.

— Легкое пришлось заменить, — добавил Олаф.

— Чего? — не понял я, — вы заменили мне его? Взяли с трупа?

— Нет, конечно! — возмутился доктор, — мы их выращиваем отдельно. Печатаем на специальном биопринтере любые человеческие органы.

— Он думает, что мы застряли в пятидесятых, — снисходительно улыбнулся Мартин, — я вам так завидую, Сергей Викторович.

— Это еще почему? — не понял я.

— Вы оказались в совершенно другом мире. Вы теперь как ребенок. Ваше восприятие снова по факту обнуляется. Многое будет казаться диким и странным. Новые радости, новые очарования. У вас впереди миллион открытий.

— Ну так-то да, — я усмехнулся, — а не будет отторжения этого импланта?

— Не будет, — заверил меня доктор, — можете не переживать, но первое время старайтесь не подвергать свое тело физическим нагрузкам. Шрам мы уберем позже.

— Спасибо. А можно нескромный вопрос, Олаф? — спросил я.

— Да, конечно. Задавайте.

— Вы норвежец?

— Так и есть.

— И при этом у вас очень чистый русский язык, — заметил я.

— Это потому что он считается основным во всем мире, — ответил Мартин.

— Кроме недоразвитой Америки, — рассмеялся Олаф.

— Мы не в Кенигсберге? — уточнил я.

— В Осло. Добро пожаловать в столицу Северного княжества, Сергей Викторович, — Мартин дружелюбно улыбнулся.