Перед дуэлью, им предложили примириться, получив отказ, проверили на амулеты, и магические артефакты, а поскольку оба были одарёнными, надели им на шею, блокираторы, в которых перевозили одарённых преступников. Затем секунданты осмотрели и зарядили два пистолета, и накрыв платком, предложили поединщикам выбрать оружие.

Когда офицеры разошлись на позиции, и встали спиной друг к другу, заместитель окружного прокурора, достал свой табельный ТЛ.

— Приготовится.

— Готов, — отозвался полковник.

— Готов. — отозвался есаул.

Разрешающий выстрел в воздух и полковник, мгновенно обернувшись словно мангуст, вскинул оружие и сделал нажал на спуск.

Взвинченный до предела, Соколов увидел как пуля покидает ствол и неторопливо летит в его сторону, чуть сдвинулся, качнувшись вбок, и она прошла впритирку к голове Соколова, чуть тронув ветром волосы.

Вместо выстрела, Владимир неторопливо подошёл к полковнику, внимательно посмотрел в глаза, дёрнул затвор, и поймав в воздухе отлетевший патрон, протянул его на ладони коменданту.

— Примите,господин полковник, презент, от учебной полуроты войсковой части двадцать восемь тридцать один. На память.

— Вы не можете… начал было заместитель командира крепости, но умолк, увидев лицо прокурора.

— Сделать выстрел товарищ войсковой старшина[1], не обязанность, а привилегия. Есаул добровольно отказался от неё, чему я свидетель.

Генерал военно-прокурорской службы, внимательно посмотрел на есаула, ища в нём хоть что-то, но то ли он хорошо держал свои эмоции, то ли ему действительно было безразлично, но на лице молодого офицера было лишь безмятежная улыбка, словно он только что проснулся в отличном настроении.

— Товарищ есаул? — Обратился генерал к Соколову, и тот мгновенно повернулся, вытянувшись по стойке смирно.

— Товарищ генерал-майор.

— Пойдёмте, расскажете мне из-за чего сей сыр-бор. А то мне такую глупость в уши льют…

В результате, полковник, обычно покрывавший интендантов, написал рапорт об увольнении, а вопросами финансов в крепости занялись специальные люди из финуправления армии, что обещало много ужасных открытий и страшных чудес, всем кто устроил кормушку, из крепости.

В итоге, Владимиру заплатили может и не больше чем положено, но уж точно не меньше, в точном соответствии инструкциям, что составило примерно по месячному окладу на каждого военнослужащего, и даже премии командиру роты, и командиру батальона что тоже случалось нечасто.

На этой волне скандал с полковником если не стёрся, то потерял остроту, и представление Владимира к Алому Знамени, по совокупности заслуг в рейде, восприняли как должное.