Мы слишком сильно привязались друг к другу. В этом наша сила. Но и слабость — тоже. Я давно это понял, но именно сейчас осознал, насколько верны мои предположения.
Люсиль никак не хотела угомониться, она снова и снова пискляво тянула одну ноту, жалуясь на какую-то свою детскую беду.
— Чего она так орет? — не выдержал Карл. — Может, ей еще пожрать дать?
— Все же какие бестолковые эти благородные, — раздался из темноты девичий голос. — Ребенок обделался, скоро глотку надорвет, а они все о еде толкуют!
Глава 3
— А то без тебя не сообразила бы! — язвительно заметила Миралинда не моргнув глазом. — Одна ты у нас умная!
— Уж не дура, — не полезла за словом в карман Фриша, голос которой мы все, само собой, сразу узнали. — Не сомневайся.
Они вышли из ночного мрака, окончательно сгустившегося над развалинами, один за другим — Мартин, Жакоб, Фриша.
Все-таки мы собрались вместе — все, кто уцелел тогда у переправы. Вопреки всему уцелел.
— Шикарно выглядите, — сообщил Карл вновь прибывшим и полез обниматься с Фришей. — По-богатому!
И правда, эта троица более всего смахивала на зажиточных дворян, а не на лесных разбойников, которыми, по сути, и являлась. Камзолы с изысканной вышивкой, дорогие шелковые плащи с меховым подбоем, толстые золотые цепи на шеях мужчин, серьги с розовым жемчугом в ушах Фриши, перстни с поблескивающими драгоценными камнями на пальцах… В общем — впечатляло.
— Есть такое, — не стал спорить Мартин, смахнув несуществующую пылинку с плеча. — Приоделись за прошедший год, да и благосостояние свое поправили неплохо. Империя, знаете ли, нуждается в деньгах, которые она особенно резво начала трясти с земель, которые раньше назывались «герцогствами». Те-то в старые времена никому ничего не платили, жирок на боках у них изрядный нарос, вот Линдус его и решил немного подтопить. Как тут удержаться и не отщипнуть крошку-другую от такого пирожка? Обозы-то с добром по лесным дорогам едут, других нет. А лес — это уже наша территория, там мы хозяева.
— А, так вы не разбойничали, а взимали дорожную пошлину? — не удержалась от колкости де Фюрьи. — Это в корне меняет дело!
— Называй как хочешь, — разрешил ей Мартин, усаживаясь рядом со мной. — Главное — результат.
В этот момент ребенок, перепеленатый Миралиндой, весело загукал, словно подтверждая его слова.
— Не могу не спросить, — Фриша подошла к Миралинде, которая знай покачивала девочку на руках. — Это кто? И самое главное — зачем? Или что-то изменилось, мы уже никуда не идем, просто посидим у костерка, поболтаем и разойдемся?
— Это Люсиль, — дружелюбно ответила ей Магдалена вместо подруги. — Дочь Эраста.