Мы заехали на ГЭС, загрузили стол, который удивительным образом влез — и на квартирку. По ходу дела мужики обсуждали в основном прошедшую халтуру и какие-то перспективы на следующий год, а я в этом ничего не понимаю, и поэтому подробностев вам сообщить не смогу. Ехала себе и тихо радовалась, что вот придут сейчас парни и принесут мне немножко денежек, а то я с этой внезапной покупкой залезла в резервы и тревожилась всё-таки за предстоящую выдачу зарплаты. Чувствовала себя как та бабка с сусеками прям, которая всё вышкребла.

Проезжая мимо одного из стихийных рынков, я вдруг увидела бабульку, расставляющую на газетках табуретки с перекрещенными ножками.

— Ой, остановите, а⁈ — я ткнула рукой в сторону бабуси. — Пойдём, глянем?

Табуретки оказались раскладными, с фанерными сиденьями.

— Почём?

— По сорок тыщ, — беззубо улыбнулась бабушка. — Дед вот делает, а я тут стою.

— Ну-ка, Вова, присядь.

Тяжелее сейчас у меня никого в запасе нет.

— Нормально, — оценил он. — Не шатается.

Я радостно полезла в сумочку… и обнаружила, что вчера, проникшись папиным внушением, все большие деньги, какие у меня были, дома выложила. А маленьких в специальном кармашке для разменных денежек прискорбно мало…

— Так, мужики, займите мне денег, а то у меня свист в кошельке. Вечером отдам.

Они оба полезли по карманам, и оба вытащили по сотке.

— Сдача-то будет, бабуля?

— А как же! — она заторопилась, нырнула в свою тряпочную сумочку, нашла увязанные в платочек бумажки, приговаривая: — Есть, есть десяточки, а как же…

— Четыре табуретки. — я сунула Вовке деньги: — Давай-ка, Вова, ты заплати, на удачу! Чтоб день у бабушки хороший был.

Мы рассчитались с бабулькой и уехали под причитания, мол: спасибо-спасибо, и дай вам Бог здоровья!

Я представила, что моя бабушка вот так бы стояла, продавала что-то… А по телику морды одна другой шире, всё нам втирают про коридоры возможностей. Чтоб вам пусто было, сволочам!

— Ты чего загрустила? — спросил Василич, поглядывая на меня в зеркало.

— Да-а, так.

— Тебя ждать?

— Не-е! Ребята через час только придут. Я почитаю, книжку вон взяла.

— Ну, зато тебе теперь сидеть есть на чём! — приподнято откликнулся он, подруливая к подъезду.

Не поспоришь!

Мужики перевернули стол вверх ногами, сгрузили с него табуретки.

— Может, я парочку возьму?

— Лучше машину закрой. И двери в подъезд держи!

Дальше мы всё затащили, Вова с Сашей уехали, а я благополучно дождалась четвёрку квартирантов, подписала с ними договор и получила денежки. Ну вот! Долги раздам, двести сорок тыщ в кубышку приплюсую. Уже хорошо, прибыток!