— Ч-что? — сестра словно очнулась от толчка в плечо. — Какая сумка?

— Чёрная. — Тимофей говорил спокойно, как с испуганным ребёнком. — Под моей кроватью. Давай быстрее, если не хочешь отправиться с Ярославль с этой мымрой.

— Что?!! Щенок, как ты меня называл?!! — а вот теперь бабка заметила внука, да и все остальные тоже. — Вот! Сразу видно крестьянское происхождение!!! Никакого уважения к старшим!!!

— Уважение надо заслужить, — Тим равнодушно пожал плечами. — Та, кто сначала отреклась от родной дочери, а затем принялась её шантажировать никакого уважения в моих глазах не заслуживает.

— Наглый сопляк!!! — Акулина Лукьяновна буквально взорвалась, но сумела взять себя в руки. А вот Дарья снова взглянула на дальнего родича, отсечённого от клана, но на этот раз уже с интересом. Так смотрят на забавную обезьянку, кидающуюся в посетителей зоосада своими фекалиями. — Ты бездарное ничтожество, не имеешь права рядом с нами открывать свой поганый рот!!! И если тебя не научили вести себя в приличном обществе, я с удовольствием сделаю это самостоятельно! Например, с помощью батогов!!!

— Пороть своих слуг будете, а мы вольные люди, защищённые Уголовным кодексом, — Тим ничуть не испугался угрозы, хоть у Учителя явно хватило бы сил и выпороть его, да и голову оторвать всем присутствующим, включая девицу из старшей семьи. Дарья Курбская. И уже Ветеран, с рангом опасности в тринадцать единиц. Зачем она здесь Тим не понимал, но пока молчит, решил её не трогать. — И если считаете, что вам всё сойдёт с рук — то зря. Здесь не Ярославль, здесь Новосибирск. И влияние Курбских в нашем городе минимально. О, да именно эта сумка. Спасибо! Сколько мы там должны? Сто пятьдесят? Наверняка и какая-нибудь неустойка найдётся, да?

— Конечно! — бабка подпустила в голос яда. — Сто тысяч за задержку платежей!

— Да будет так, — Тимофей открыл сумку и под обалдевшими взглядами всех присутствующих начал кидать пачки денег на стол. — Пятьдесят, сто, сто двадцать пять, сто пятьдесят… двести… двести пятьдесят. Получите, распишитесь. В смысле пишите расписку в получении полной суммы и что любые договоры между кланом Курбских и семьёй Моргуновых с этого момента исполнены.

— Тимофей, что это за деньги⁈ — голос у Ульяны дрожал от едва сдерживаемого ужаса, потому что она решительно не понимала, что происходит, а неизвестность пугала женщину куда сильнее собственной матери. — Откуда ты их взял?!!

— Эти? — Тим с удивлением указал на пачки. — Заработал. Там копеечка, тут копеечка, здесь маленький гешефт, там рублик. С Добровольскими сотрудничаю. Помнишь мою старосту, Анастасию? Ей пару услуг оказал. Кстати, забыл сказать, что меня Александр Демидович на выходных в гости пригласил.