Гуль-вампир ещё раз удивил юношу, обернувшись гигантской гиеной. Жуткой, будто она только что восстала из могилы, да ещё от её хохота холодели ноги и опускались руки. Но Тим с лёгкостью сбросил оцепенение и очень вовремя. Посчитав, что цель отвлеклась, на него с крыши вагона кинулась шусува, намереваясь не столько сбить с ног, сколько поразить Тим ядовитым жалом хвоста. Она ловко приземлилась рядом, сбивая жертву с толку, зашла ему за спину и стегнула хвостом. Вот только цели атака не достигла, а сам хвост оказался зажат в кулаке юноши.

С повышением Ловкости выросла и скорость реакции, на которую Тим и так не жаловался. А теперь и вовсе обмануть демоническую тварь было легче лёгкого. И криво оскалившись, Тимофей принялся избивать обращённого гнолла-вампира прямо его спутницей. Демоническая гиена визжала, ей вторил гнолл, но постоянно обретаться в форме облака у него не получалось, не хватало сил. А увернуться от ударов — не хватало ловкости. А Тим всё бил и бил, вкладывая в каждый замах всю свою ненависть к мерзким тварям.

— Развлекаешься? — отвлёк Тима от избиения голос Климентия, устроившегося прямо на вагоне и с интересом разглядывающего открывшуюся картину. — Заканчивай. Прорыв закрыт, Игнат постарался. Монстров добивают. Если не хочешь, чтобы тебя видели — уходи сейчас.

— Спасибо. — Тим мгновенно сообразил о чём речь. — Только подчищу за собой.

Как обычно, Длани ветра сработали безупречно и даже вампир, иммунный ко многим видам стихий и немагическим атакам послушно сдох, после того, как юноша отчекрыжил ему голову. С переломанной демонической псиной было ещё проще. Она и так еле дышала, так что это скорее было не убийство, а избавление от страданий, если бы только Тиму было не наплевать на мучения демонов. А так он точно так же лишил тварь головы, огляделся и запрыгнул на вагон, к Климентию. Курбский был прав, светиться Тимофею было не с руки. Особенно в таком виде, так что накинув на себя невидимость, юноша со всех ног рванул к своему вагону. Своё дело он сделал, а слава, да кому она нужна. Зато хоть токенами разжился.

— Явился? — Игнат ждал его в купе. — Тебе сказано было сидеть тихо! А сейчас каждая собака будет знать, что у Курбских есть шестнадцатилетний Учитель!

— Тебе поговорить не с кем, или просто хочется поорать? — Тим устало прикрыл за собой дверь и плюхнулся в кресло. — Информация об этом уже расползлась по кланам после приёма у губернатора. Да и если кто меня видел, то опознать не смогут. Слишком темно. А вернулся я незаметно. Есть у меня методы. Так что давай не будем нагнетать. Там люди погибли и если бы не я, умерло бы куда больше. Или ты так за проводницу мстишь? Так я могу поделиться.