Этот этаж оказался более удачным в плане находок — в одной из квартир обнаруживаю прикованными к трубам несколько женщин и девушек. Все весьма потрепаны, но живые. А вот и подтверждение моим худшим подозрениям, а то, не обнаружив ничего такого на прошлых этажах, начал уже слегка сомневаться. Все увиденное мной на улице при должном желании можно трактовать двояко и найти более мягкое объяснение.

— Здесь много еще пленных? — спрашиваю, освободив их всех.

В ответ получаю напуганные кивки.

— Где их держат?

— Большая часть на этажах, но кого-то в подвале, там самые непокорные и мужчины, — ответила мне одна из девушек.

— В подвале? Какая там охрана?

— Никакой, все заперты, и все. Эти мрази здесь предпочитали находиться, — с ненавистью в голосе ответила мне девушка.

— Здесь все такие уроды?

— Да, если нормальный кто-то и был, то теперь или мертв, или среди пленных. Эти не жалеют никого, даже своих, если те шли против них. Было тут несколько человек, которым не по душе оказалось творящееся. Теперь они мертвы.

— Спасибо. Вы свободны. Или ждите здесь, пока я разберусь со всеми, или можете бежать, — говорю им, выходя из квартиры. Куда они будут бежать — это уже не мои заботы, я их освободил, и хватит. Никто им не мешает обобрать трупы убитых, чтобы хоть как-то вооружиться и повысить свои шансы на выживание в городе.

Подойдя к лестнице, с тоской смотрю вверх. Еще двадцать два этажа, я задолблюсь, точнее, уже, а это был всего лишь третий этаж. Но делать нечего. Или проверить вначале подвал? Нет, потом, если охраны там нет, то пленные там подождут еще немного.

Продолжаю свое восхождение к местному олимпу, должен же здесь быть такой, где заседает главарь. Надеюсь, отряд Первого еще жив, а то ведь запах мог сохраниться и с того времени, когда они еще были такими, но это не значит, что они сейчас в том же состоянии. Стая же касательно их состояния ничего не смогла сообщить, лишь то, что след привел сюда и никуда не уходил больше.

Этаж за этажом прочесываю, уничтожая всех и вся, оказывающих сопротивление или пытающихся меня убить. Чем выше поднимаюсь, тем больше отморозков мне попадается и тем сильнее становится оказываемое сопротивление. Упорно иду дальше, ведь я уже освободил больше двух десятков женщин, пленных мужчин в квартирах не оказалось. Десять этажей позади, можно сказать, что почти половина.

Пристрелить одного, стукнуть со всей силы другого, выстрелить в третьего. Разозлившись на ответный выстрел в упор, на эмоциях оторвать противнику голову, не рассчитав сил. Добравшись до двадцатого этажа, устало опираюсь на стенку. Несмотря на прочность моей кожи и брони из нанороботов, места попаданий пуль, особенно автоматных, болят. Новенькое что-то, раньше в броне переносил подобное спокойно. Ага, только тогда она была цельной, а не вот этот огрызок, закрывающий грудь, а по краям входящий прямо в мою кожу.