Поднимаюсь в полный рост и начинаю обходить вражескую машину стороной, заходя сбоку. Лобовое стекло оказалось бронированным, так что нужно придумать другой способ добраться до сидящих внутри. Уловив движение одной из дверок, моментально всаживаю туда несколько пуль, не позволяя покинуть машину и заодно проверяя ее на бронированность. Крепкая, не простреливается.

Еще десяток секунд, и я оказался сбоку от машины. Замечаю, что, пока шел, убитого бойца из верхнего люка вытолкнули, а сам люк захлопнули, отрезав мне единственный видимый способ попасть внутрь. В чем-то у нас здесь сложилась патовая ситуация — я не могу пристрелить тех, кто внутри, а они не могут достать меня, в окнах или дверках почему-то нет стрелковых бойниц. А, нет, не патовая.

С противоположной от меня стороны распахнулись обе дверки, и из них выскочили два бойца, тут же попытавшихся открыть огонь по мне. Это они зря. Всаживаю по тяжелой автоматной пуле им прямо в лицевые щитки, спокойно пробивая их. Какое же это наслаждение — стрелять с рабочей нейросетью! Всего лишь мгновение, и на дорогу рухнули уже два трупа.

Короткий разбег, прыжок, перемахиваю прямо через машину. Успеваю ухватиться за заднюю дверь до того, как ее успели захлопнуть. Рывок на себя, она послушно распахивается, а находящиеся в салоне моментально открыли огонь в дверной проем, пытаясь достать меня. Не особо извращаясь, закидываю в машину гранату. Изнутри раздался громкий вопль, а затем из нее попытались выскочить.

Четыре выстрела, по два на каждого, и с врагами было покончено. Залезаю в машину и нахожу свою гранату. Дурак я, что ли, разбрасываться ими? Кинул неактивированную, почти не сомневаясь в реакции сидящих внутри машины.

— Сергей, к тебе приближается конвой из трех машин. Будут тут через полторы минуты.

Бежать? Нет, не буду, лучше, наоборот, устрою жаркий прием, тем более что эта машина мне нравится и на ней вполне можно быстренько добраться до нужной мне реки. В отличие от многих, она хотя бы бронированная, а не простой микроавтобус, на которых предпочитают кататься местные бойцы. И теперь стало понятно, почему эти не попытались сбежать, когда я их прижал, — они ждали подмогу.

Пока есть время, снимаю с крыши пулемет и заряжаю его полной лентой. Что-то мне это напоминает, похожим образом я прикрывал в Новом Пскове партизан, когда они сбежали из конвоя. Так, в сторону воспоминания, время подходит к концу. Устраиваюсь за машиной и жду врагов.

Три, два… один. С помощью Арти внимательно слежу за приближением вражеского транспорта и, когда нужный момент наступил, открываю огонь из пулемета. Какой-то десяток-другой выстрелов, и первая машина вильнула в сторону. Налетев на что-то, она подскочила в воздух, словно игрушечная, и перевернулась. Ого, я как-то не рассчитывал на такой эффект. Пролетев метров десять, автомобиль рухнул на дорогу, перекрыв ее напрочь.