Она замолчала.
И явно находилась где-то за пределами понимания Ирграма.
— В данный момент… конфликт… невозможно разрешить… но… да, конфликт усугубит внутренние противоречия и может привести к коллапсу… остатков системы. Я не совсем понимаю… но да, я подчинюсь.
Ну и дура.
Врагов надо добивать. А коллапс там или как, с ним и потом разобраться можно.
— Совместные действия выгодны и принесут пользу всем, — повторила Роза. — Твоя асоциальность может являться биологическим свойством твоего… носителя разума… или же в целом твоего биологического вида. Но кооперация — залог выживания человеческого социума.
— Опять много говоришь.
— Нам дали допуск. Мы можем пройти выше. Но…
— Но?
— Но Цаи будет присматривать. Если ты попытаешься причинить вред разумным, он тебя уничтожит, — произнесла Роза ну очень радостно.
Вот… дура.
Глава 40
Глава 40
Винченцо
В этом было нечто донельзя величественное. Пожалуй, полотно стоило, чтобы запечатлеть его. Воплощение битвы… света и тьмы.
Порядка и хаоса.
Еще чего-то там…
— Я… все равно не слышу Систему, — произнес Цаи, окончательно нарушив очарование момента. Вот… зараза.
Винченцо только начал думать, что все-то, наконец, устаканилось.
А что, мальчишка с компанией двинулись куда-то там. Нашли чего-то там, что взяло и уничтожило все плохое во имя всего хорошего. И теперь останется лишь встретить победителей и вернуться в мир реальности, чтобы уже там торжественно проследовать по миру, неся благую весть.
Ну или вроде того.
Тьма мешалась со светом, образуя нечто среднее, всех оттенков серого. И в этой серости, кто бы знал, сколь разнообразна она бывает, вставал город магов.
Винченцо моргнуть не успел, как ковровым полотном легла под ноги знакомая дорога. И дерева… и даже виселица здесь же, с полугнилыми телами то ли разбойников, то ли беглых рабов. Где-то вдалеке виднелась городкая стена. И над ней вставали башни магов.
— Любопытная… интерпретация, — Цаи вглядывался вперед пристально. — Но это хорошо…
— Что именно?
Интересно, на месте ли рынок рабов?
Река?
Порт? Галеры и помосты. Загоны для големов. И они же, сторожевые, вышагивающие по однажды проложенным маршрутам, стерегущие покой города.
— То, что есть воплощение. Значит, какие-никакие функции сохранились. Я бы недавно сказал, что это невозможно, однако…
— Нам туда, — Миара указала на город. — Я чую, эти поганцы там.
— Вероятно, но бы попросил не спешить. Я сниму остатки барьера, это даст доступ понконтрольным мне модулям, в том числе и защитным. Они проверят среду на безопасность…
— Время, — взгляд Миары держался уже не столпа света, но тонкого луча, рассмотреть который было сложно.