Я сделал паузу, позволяя всем переварить услышанное. Я специально старался говорить максимально откровенно, ничего не скрывая. Население угуана и род Фэнс были моей главной опорой. Нужно было ввести их в курс дела.

— Так теперь всегда будет? — спросил кто-то.

— Это зависит от нас, — ответил я. — Система и код не принадлежат Великой Материи. Но хочет она именно этого. Контролировать код и всех системников. Наша задача — не допустить ее на Девять Планет. Сейчас ее возможности здесь стали меньше, но забывать про нее нельзя.

И тут я нисколько не преувеличивал. На Девяти Планетах все еще было слишком много транспортеров и слишком много системников спаразитным кодом. И с учетом все истончающейся границы между вселенными… Великая Матерь оставалась крайне опасна.

— Как многие из вас почувствовали, — продолжил я, — Великая Матерь — это не все. Во избежание кривотолков — портал с Восьмой на Девятую действительно уничтожен. На его месте раскрылись сотни разломов. Портальщики, Демоны и Титаны сейчас захватывают Восьмую и остановить их, по сути, некому.

Вот тут уже возгласов удивления практически не было. В лицах я видел тревогу… но и решимость тоже.

— Мы можем все это остановить, — сказал я. — Пока я не знаю как, но ключ к этому находится на Четвертой. То, что вы ощущаете сейчас — колебания в Стихии… Это попытка Рошаля Кэриэра пробить постоянный проход в мир Стихии.

Тут мне все-таки пришлось прерваться, потому что последняя новость все-таки переполнила чашу удивления. Сразу несколько человек воскликнуло:

— Рошаля Кэриэра⁈

— Того самого⁈

Я чуть подождал и продолжил, подтверждая:

— Мир Стихии умирает, — сказал я. Мой взгляд остановился на Агафье, которая стояла в задних рядах. И сейчас она снова была в своем боевом обличии. От ее одежды остались одни лохмотья, конечно, она тоже участвовала в отражении нападения. — После открытия прохода портальщики ринутся сюда. Выбора у них нет. И тогда уже все планеты превратятся в подобие Четвертой.

Я замолчал. Какое-то время народ переваривал, потом начались споры. Предлагали много всего разного, но путного было мало. Слишком все были ошарашены.

—Сейчас ! — повысил я голос. И продолжил, когда внимание снова сосредоточилось на мне. — Сейчас спешить не нужно. Сначала всем нужно отдохнуть, разобраться с раненными.

— И погибшими, — добавил Грубер, до этого угрюмо молчавший.

— И погибшими, — кивнул я.

Разумеется, в такой бойне без них не могло обойтись. И это касалось не только Вигмара с Жозефиной.

— Алекс, сколько у нас времени? — это уже Яна спросила.

И этот вопрос вызвал практически полную тишину. Да,Миротрясение чувствовали почти все, но напрямую к Книге Перемен обратиться мог только я.