— Спасибо, что заботишься обо мне,- ещё раз выразила благодарность и, о боги, чмокнула меня в щеку Алиска.
Да, я, елки-мочалки, донжуан*. Вон какую красотку кадрю потихоньку. Ушки, зубки, бледная кожа и идеальная фигура. Не девушка, а мечта анимешника*. Ладно, что-то разволновался, пойду лучше посмотрю, что мужики делают.
Поглядел на свою голову. Почувствовал себя бесполезным, ещё и криворуким. Кроме ковыряния в трупах, игр и чтения книг ничего не умею. Разведчик же и машинист поразили сноровкой и основательностью. Старая гвардия, как-никак.
За короткие полчаса они преобразили пустую ранее платформу до неузнаваемости. Натягали и соорудили кучу всего. Множество всякой- всячины расфасовали в мешки и постепенно вытаскивали на белый свет, ещё больше модернизируя отечественный, мирный тарантас.
Сейчас Кирилл крепил, чуть ниже крана, несколько крупных ламп. Громадный, неизвестно где раздобытый прожектор, он уже присобачил. Более того, подвел к фонарю- великану проводку и закрепил вокруг штук десять переносных аккумуляторов.
— Многие звери боятся света. Думаю, монстры не исключение,- объяснил смысл приготовлений Горн.
Машинист же пошел ещё дальше. Приварил прямо к бортам массивные железные щиты и высокие металлические шесты. Причем проделал данный фортель практически без искр, каким-то хитрым, оставленным военными, аппаратом. Сейчас же мастер на все руки накручивал на полутораметровые штыри колючую проволоку. Наматывал настолько ловко и умело, что зависть взяла. Плюнул ушел к Алиске. Благо в кабине стекла толстые, и шум снаружи практически не доносился. Сам не заметил, как задремал.
* * *
Выехали из депо часа через три. Наш мотовоз представлял собой диковинное зрелище. Тьму рассекал яркий луч прожектора. При желании можно было ещё прибавить света с помощью ламп. Их закрепили не только спереди кабины, но и по всему периметру. Рядом с многочисленными аккумуляторами, которые, в свою очередь, подзаряжались от вращения колес и от дополнительного дизель-генератора.
Бочки с топливом разместили по центру платформы, прикрыв квадратной конструкцией из толстого металла. По бортам возвышались метровые щиты с приделанными к ним шестами. Между ними натянули колючку. К тому же, как похвастался Ермолай, на проводку мог подаваться переменный ток. В общем, так просто к нам не заскочишь.
Еще на правом борту гордо красовалась выведенная баллончиком с краской, слегка кривая надпись — «Резвый». Именно так окрестил свое детище машинист. Богатырь попал в родную среду. Он важно восседал возле пульта управления. Иногда клацал какие-то кнопки, нажимал рычаги и улыбался.