В общем, я скакал, аки горный козел, и наблюдал за приготовлениями машиниста. Рачительный мужик раздобыл где-то флакон с силиконом и скотч. Он не просто складывал рядом наиболее крупные осколки панцирей, а ещё и скреплял между собой. Смазывал края силиконом и пришпандоривал клейкой лентой. Вот это я понимаю, хозяйственник.
Минут за десять, Ермолай соорудил куцый круг на не затронутом затоплением участке, диаметром около трёх метров. Дальнейшие усилия не имели смысла. Сколько-нибудь целых панцирей не осталось. Да, и места для развёртывания конструкции не было. Повсюду хлюпала мутная водица.
— Достаточно! Положи сверху кристаллы и прячься в дот!- проорал машинисту и заложил карколомный вираж.
Ермолай, без вопросов, разместил на сотворенном из осколков плато добытые мной колоры. После чего, все также молча, забрался в укрепление и задвинул массивную дверь- заслонку. Эдакие передвижные ворота он сварганил из цельного листа железа, который раздобыл где-то.
Ну, чем не завхоз для будущей гильдии подрастает! А что? Я же игроман. Понимаю, что один много не навоюешь. Как там говорил Наполеон? Ход битвы решают большие батальоны. Правда, воинственный карлик ещё сказывал, что для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги. Выживу, прийдется озаботится подобными вещами.
Всегда замечал, чем больше волнуюсь, тем больше в голову философская херня лезет. А как тут, скажите на милость, сохранять спокойствие, если пришлось подпустить гигантов вплотную.
— Арххх!- радостно зарычал живой.
— Ауууу!- с предвкушением завыл мёртвый.
Дал проклятым братцам почувствовать привкус скорой победы. Монстры поверили в успех и топали следом, как по ниточке. Я же уклонялся и кувыркался, но дистанцию не разрывал. Нужно было, что бы твари максимально увлеклись преследованием и не заметили западни.
Я не только вертелся, как уж на сковородке. А ещё настроился на кристаллы и выкачал энергию из них в громадное зеркало. Панцири отшельников опасно заблестели. Они на диво хорошо запасали колоры. Через пару минут под ногами хрустнуло. Запрыгнул на самодельную мину.
— Эй, придурки! А ну, идите-ка сюда!- для пущей верности подозвал монстров. Ещё на арене приметил, что проклятых братцев нервировал звук человеческого голоса.
Рыча и завывая, титаны вступили на панцирное покрытие. Я поджидал их до последнего, и лишь когда толстенные пальцы приготовились разорвать мою драгоценную тушку, совершил кульбит. Затем напряг икры и отпрыгнул, как можно дальше. Одновременно, высвободил залитую в останки пауков энергию.