— Ну вот, всё встаёт на свои места. В таком танке можно не то что троих богов, а целую армию божеств сдержать, — наконец произнес он, взглянув на выжженную землю перед заграждениями, которая все еще подсвечивалась стеной красным цветом. Это означало, что она до сих пор представляет угрозу.

Чак начал направлял вниз заклинания на предмет опасности, но все циклы возвращались, не принеся ничего, хотя сама стена упорно настаивала на своём и очень не рекомендовала покидать её периметр.

«Пам, пам, пам…» — пробубнил у себя в мозгу Чак.

Остаточные явления от удара магией факела верховного тэварского бога Груумша не поддавались расшифровке и одновременно не существовали в мире магии.

— Анализ молекулярной цепочки грунта! — приказал Чак, понимая, что сейчас умная стена запросит у него полную информацию о том, что такое молекулярная цепочка. Но, к полной неожиданности мага, стена без лишних запросов показала в мельчайших деталях то, что сейчас творилось за пределами её защитной зоны: А там, за каменными зубцами, на уровне земли, где еще не осела пыль от отступающего тэварского войска, хаотично метались микрочастицы, упорно разрушая еще уцелевшие атомные решётки.

— Не может быть… — вырвалось у мага, хотя именно это он и пытался выяснить и по возможности опровергнуть. — Эйни, Мяч!

— Да? — разом отозвались оба бога.

— Факел Груумша вызвал локальное термоядерное расщепление. Тут, под стеной, всё фонит радиацией, но знаете что? У меня наверху, за стеной, и в лагере орков радиации нет.

— Это хорошо или плохо для нас? — после небольшой паузы поинтересовался Мяч.

— Их главный бог может применять термоядерную магию, а их богиня-мать может легко уберечь своих детей-орков от этого, — догадалась Эйни, просматривая память о бое Хелла на стене.

— Тогда очень хорошо, что у нас есть стена, — усмехнулся Мяч.

— Что-то мне кажется, что всё как раз наоборот, — неуверенно произнес Чак.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Эйни.

— Возможно, это мы есть у стены…

* * *

Мир маны встретил нас зеленой порослью. То, что тут никогда не было, сейчас произрастало отовсюду. Мы с Хеллен находились достаточно высоко над уровнем спила пня того самого исполинского дерева, по червоточинам в котором мы и миновали защиту пятой стены. Заклинание левитации опускало нас уже не на каменное бесконечное плато, а на колосящийся молодыми ветками поле.

— Как это возможно? Сколько я себя помню, тут был мертвый камень! — сложив пальцы перед собой в замок, восхитилась суккуб.

— Мёртвый камень, на котором сама собой стояла неприступная крепость, — произнёс я, покачав головой. — Тебе ли не знать, что магия — это тоже форма жизни? Место силы почему-то проснулось и, судя по шелесту ветвей и листьев, зовёт меня.