— Хелл, лови блок на эмпатию! — прозвучал голос Чака в Спирит-канале, прервав потоки моих или не моих мыслей, и меня медленно начало «отпускать».
Посланный им щит распаковывался постепенно, закрывая и блокируя всего лишь одну мою спирит-способность, но наступившее облегчение невозможно было описать словами.
— Спасибо… — прокряхтел я, будто проглатывая ком в горле.
— Не вздумай снова погибнуть за их грехи! Хватит косплеить того парня! — крикнула Эйни, перекрикивая отступающее от меня отчаяние.
— У них могло и не быть того парня? — проговорил Чак. — Но Эйни права, Хелл. Мы тут не за тем, чтобы искупать, а затем, чтобы разобраться и привести Терру к исходным параметрам ради Мяча.
— Хм… — с облегчением выдохнул я, возвращаясь к работе над полем. — А ты видишь единые маркеры на всех инфопакетах?
— Если честно, я так далеко никогда не залезал, — признался Чак. — Мне кажется, тут хранится вся ваша история и история каждого, кто когда-либо жил на Терре.
— И каждая история имеет конец! Смотри!
Я потянулся к первому попавшемуся файлу. Это оказалась чья-то прожитая террарианская жизнь, запакованная настолько плотно, что для ее просмотра потребовалось бы немало часов и даже дней. Информация растянулась перед коллективным разумом группы, словно аудиодорожка, выделив рождение и смерть существа.
— Бытие определено высшим порядком… — произнес я и отбросил от информации появление сознания, над которым мы были не властны, оставив только голые инфоциклы.
— Ссука… — прошипел Чак. В последнее время он часто произносил это слово по делу и без, возможно, не понимая, что таким образом замещает болтовню Мяча.
Я сделал еще несколько движений, и в созданном только для нас пространстве перед группой осталось лишь два наложенных друг на другой цикла, чужеродных и злых.
— Это же Репродуктивный стоп и…! — Чак захлебнулся, словно в его костюме внезапно пропал воздух.
— И Смерть, — угадала Эйни.
— Тот, кто работал тут до нас, сначала настроил цикл «Необходимость всем живым существам умирать», а потом лишил их репродуктивности, — подытожил я, нарушив повисшую в разговоре паузу.
— Возможно, работал не один, а целая группа, — предположила Эйни.
— Или искусный черный Странник, — добавил Чак.
— Я думаю, — произнес я, — что мы можем снять «Необходимость белковой смерти» и «Репродуктивный стоп», придумать антицикл и распространить его по всем известным нам мирам, таким образом победив и естественную смерть, и нерождение.
— Так в чём проблема, маги?— воодушевилась лисодевочка. — Колдуйте!
— Но вы представьте, что все смогут жить вечно и вечно плодиться. Не потеряем ли мы ценность этой самой жизни? — закончил я.