В камере отвратительно и резко воняло хлоркой. Я присел на нары, привалился к стене и глубоко задумался. Было ясно, что моя неожиданная встреча с гопниками, и все,что затем последовало за ней, отнюдь не случайность. Все поведение схвативших меня ментов, прямо указывало на это. Очевидно против меня состряпали хитрую провокацию, конечной целью которой была моя вербовка в осведомители. В общем произошло то, о чем предупреждал меня Евдокимов. Для меня так же стало ясно,что мой шеф, полковник Захаров, без условно, с самого начала был полностью в курсе происходящего. Не исключено, что он сам разработал план этой провокации. А,чтобы это дельце не сорвалось у него невзначай, он сегодня услал Юлю в командировку во Владимир, и под нелепым предлогом, заставил переписывать меня отчет о командировке в Пермь. Все для того,чтобы я подольше задержался сегодня на работе и возвращался бы домой поздно вечером, когда уже наверняка стемнеет. А в это время суток, совершенно естественно, шансы на успешное реализацию плана провокации против меня, значительно возрастают. Почти наверняка от места работы, до места встречи с гопниками меня вела наружка. А менты, уже заранее были предупреждены, и дожидались меня в засаде. Следовательно, в самое ближайшее время, надо было ожидать появления, кого то повыше чином, чем этот капитан- альбинос. Скорее всего я увижу своего шефа. Он и начнет вербовать меня в соглядатаи за собственной женой. Как ни крути, но это, пожалуй, не только самый логичный, но так же и самый возможный из всех возможных вариантов. Дело слишком секретное,чтобы вот так, без крайней нужды расширять круг посвященных в его подробности и обстоятельства.

Я широко зевнул и вдруг почувствовал, как сильно устал за сегодняшний день. Пустая писанина всегда отнимала у меня массу сил и энергии. Поэтому я не нашел ничего лучшего, как прилечь на нары и постараться подремать хотя бы полчаса. Сказано, сделано, я улегся на жесткие доски, немного поворочался на них, устраиваясь по удобнее, и как то незаметно уснул.

-Солдатов, на выход! - вдруг разбудил меня громкий крик.

В камеру вошел знакомый мне старший сержант. Я неторопливо поднялся с нар, потянулся и спросил его:

-В чем дело? Сколько времени? Что вы вообще так орете, товарищ старший сержант?

-Разговорчики! - прорычал он в ответ,- на выход! Шустрее!

Я неторопливым шагом вышел из камеры в коридор. Старший сержант повел меня про нему и вскоре мы оказались перед обитым черным дерматином дверью. Понукаемый моим конвоиром, я оказался в довольно просторном кабинете и первым кого я увидел в нем, был сидевший за столом, уже знакомый мне капитан- альбинос.