Неизвестно, до каких высот гном бы смог развить свою мысль, но с небес на землю его привёл укол хвостом в бок. А обернувшись, Дмитрий увидел раскрасневшуюся, возмущённую и вместе с тем смущённую девушку.
— Дима!
— Ну прости, прости, я заговорился. Ну ты меня знаешь, со мной такое бывает.
— Постоянно, — тихо, но отчётливо донеслось от Кристины.
— И ты Брут⁈ — с видом невероятного отчаянья воскликнул гном. Но ответом ему была лишь лёгкая улыбка.
— Определённо, должность отрядного шута у нас уже занята, — заявила оправившаяся после словесного поединка лисица.
— Если ты хотела получить это место, то я могу и уступить даме, — был ответ.
Определённо, эти двое нашли друг друга. Если бы Дмитрий уже не встречался с Катей, то я бы мог подумать на возникновение любовного романа. Хотя даже так моего друга ощутимо несло. По крайней мере ламия смотрела на эту пикировку с явным подозрением. Надо бы будет поговорить на этот счёт с гномом. Но позже, без лишних свидетелей. А пока стоило уже вклиниться в эту свару, которая, судя по накалу, сама собой прекращаться не планировала. Впрочем, такие мысли пришли не только ко мне, потому что высказаться решил уже Андрей.
— Мы вроде о планах на день говорили, верно? — напомнил тот. — Так что нас там у Огра ждёт?
— Сюрприз. Как придёте, узнаете, — ответил с улыбкой.
— А потом всем расскажете в подробностях, — добавил гном.
— Звучит как подстава, — подал голос Евген.
— Как ты мог такое подумать? Разумеется, это не так! — мигом возразил гном. — Но что-то мы засиделись, а дел ведь ещё до чёрта! Давайте уже покончим с едой и на склад.
Такой нарочитый соскок с темы был понят верно абсолютно всеми. Следующие минуты лицо гнома сверлили сразу несколько подозрительных взглядом. Но тому всё было безразлично. С самым довольным выражением морды тот уплетал завтрак, шептался с Катей, порой перекидываясь репликой-другой с остальными соседями.
Вот же удивительный человек, в умении заговаривать зубы порой просто великолепный. Ведь почти никто не заметил того, как Дмитрий филигранно увёл разговор с темы визита к Добрынину. Никто из девушек уже не думал напрашиваться к нам за компанию, опасаясь попасть под остроты гнома. И это было хорошо, это отодвигало будущие разборки на потом. И возможно буря меня с гномом даже не коснётся, а попадут под неё другие.
— Так, закончили? — спросил, отметив опустение тарелок. — Тогда сдаём посуду и идём.
Сказано — сделано. Народ тут же засуетился, при этом я мог отметить реакцию других людей, кто прямо, а кто украдкой наблюдавших за нашей компанией. И могу сказать, что увиденным был доволен. Если прежде, до всех событий, меня сопровождали испуганные и злые взгляды, то теперь настроение в народе явно переменилось. Опаска у окружающих ещё присутствовала. Однако также проскальзывали интерес и уважение. Мы обрели популярность и положительную репутацию. Что не могло не радовать. С такими настроениями База уже не казалась клеткой, а начинала восприниматься вполне комфортным местом для жизни.