Солнце горело над лесом, закат полностью вступил в свои права, раскрасив небо ярким багряно-золотистым огнем. Было немного прохладно и ветрено, где-то далеко на холме выли монстры.

— Дальше идти не стоит. Мы сами с ним разберемся, — мрачно произнес Кравцов, и многозначительно посмотрел на главу общины.

— Нет. Я не позволю вершить казни в нашей Обители, — ответил Никодим.

— То есть, предлагаешь тащить его в лес? Вечером твари особенно злые, а мы не самоубийцы, — вставил свое слово Петров.

— В лес не надо. Его просто закроют в особый сарай. У нас есть такой для подобных целей. Ночью там запирают тех, кто особенно провинился, — сказал нам глава.

— В сарай? То есть еще караулить его до утра? Из-за него погибла куча народу! — не сдержался Кравцов.

— Они погибли, потому что были тупыми олухами! Не могли сказать слово поехавшему капитану. Сами хотели сдохнуть, аха-ха-ха! Я просто им малость помог, — закричал Ривзли, тщетно пытаясь вырваться из рук двух амбалов.

— Его не понадобится караулить, — пожал плечами глава поселения.

— Тогда он свалит, как пить дать. Это всего лишь сарай. У него даже фундамента нормального нет, подкопать можно, — горько усмехнулся Кравцов.

Не спорю, оставлять преступника без охраны нельзя. Даже если его хорошо свяжут, он может найти способ освободиться. Но я не стал говорить, чтобы не устраивать споры на ровном месте.

Ривзли подвели к сараю, открыли тяжелую деревянную дверь и толкнули внутрь. После привели какого-то парня; похоже, он тоже совершил преступление.

В отличие от нашего лейтенанта он орал, упирался и был бледным как смерть.

— Нет, прошу вас, не надо! Я все искуплю, умоляю! Могу работать с утра до ночи, таскать тяжести. Отправьте меня в лес, на самую опасную вылазку. Дайте плетей, сколько хотите! Забейте меня плетью на главной площади, а-а-а! — верещал он, не желая идти.

Несчастного подняли, пронесли какое-то расстояние и закинули в бревенчатую постройку без лишних слов.

— Что он такое сделал? — спросил я.

— Проспал в дозоре. Из-за него ваш предатель и смог подобраться, — пожал плечами Никодим.

— Да? И чего он так сильно переживает?

— Все по-разному относятся к помещению в особый сарай. Духовные силы у всех различны, — философски рассудил помощник Никодима.

Я взглянул на небо, которое постепенно темнело. Солнце быстро скрывалось за дальними деревьями. Яркий вечер стремительно перетекал в ночь.

У меня появились странные мысли. Не знал, как лучше их выразить, но чувствовал, что здесь что-то не то.

— Послушай, Никодим, что в этом сарае особого? — внезапно спросил, когда все замолчали.