Дарья ответила, что на кухне пытался приставать один работяга. Так к нему самому пристала местная повариха, которая весит больше ста килограмм и в плечах шире дверного проема. Затащила несчастного в подсобку и сказала, что Дарья, дескать, ничего не умеет. Хочешь настоящей разрядки, так подкати к зрелой женщине!

— Не знаю, что она с ним вытворяла. Но на нем потом лица не было. Уже неделю на работу не ходит. Говорят, боится выйти из дома, — со смехом сказала мне девушка. Я тоже слегка рассмеялся.

Мы поболтали еще немного, и я решил идти по делам. Но Дарья вновь меня задержала.

— Эм, господин Гончаров? — смущенно спросила она.

— Можно просто Глеб, что ты хотела? — ответил, давая понять, что не стоит обращаться так официально.

— Я могла бы прийти к вам в комнату и помочь. С уборкой, например, или что-то ещё, — произнесла, загадочно улыбаясь.

— Спасибо! Это очень мило, но лучше не стоит. Мой робот-пылесос очень ревнив, знаешь ли, — отшутился в ответ.

Женское «помочь с уборкой» звучит так же, как мужское «зайти на чай». Странная ситуация. Обычно парни ухлестывают за девушками, а не наоборот. Уже второй раз приходится отшивать красотку, которая хочет отдаться.

Но мне не хочется портить жизнь скромной девушке, давая ей ложную надежду. Да и дел пока слишком много.

Не стоит забивать голову чем попало. Хотя можно поставить галочку — не зря улучшаю новое тело. Оно постепенно становится привлекательным для противоположного пола.

* * *

Старший лейтенант стоял на краю стены и напряженно смотрел в экран небольшого планшета. Это был невысокий коренастый парень с веснушками на щеках и желтыми волосами.

На экране медленно проплывало зелёное море деревьев, холмы и пустые поляны. А ещё виднелся край синего почти безоблачного неба.

— Так, первый рубеж пройден, уже хорошо. Как обычно все чисто, кроме, разве что, мелочевки. Фу, синие жабы, терпеть не могу этих монстров! — сказал старлей и поморщился.

Потом стал тыкать пальцем в планшет, продолжая пристально наблюдать. Вскоре на экране появились помехи, которые были незначительными, но становились больше с каждой секундой.

Лейтенант выругался, стал нервно водить по планшету. Вскоре послышалось тихое шипение. Помехи резко усилились, а после изображение отключилось.

— Ну вот, опять потеря. Долетел чуть подальше, но все равно ни о чем, — с досадой сказал старлей и развел руками.

— Теперь опять хренову тучу бумаг писать. Из-за какого-то куска железки… — добавил, плюнув со стены.

— Пластика, — поправил я.

Все это время я наблюдал за действиями старшего лейтенанта Смирнова и полностью разделял его настроение.