Я никогда не хотел быть героем. Мне хватало статуса техномага, который тихо возится с железяками в своей мастерской. Но, как говорится: никто кроме нас. Дал обет уйти на покой, как только мир людей одержит победу. И, судя по всему, этот час приближался.

Пока мою командную рубку не потряс мощный взрыв. Скорее всего, взорвалось что-то внутри, снаружи робот был малоуязвим.

Вначале ощутил удар, потом тело обожгла волна жара, перед глазами возник черный экран. Я умер, не дожив до победы считанные часы.

Жалко, что так случилось. Но не себя, а тех, кто меня подставил. Я никогда не прощал предательства! И заранее избрал кару для заговорщиков.

Роботы оснащены протоколом Мести. Они найдут и убьют каждого, кто участвовал в заговоре. Так что предатели уже трупы. Просто сами об этом еще не знают.

Я не особо удивился внезапной смерти. Во-первых, и так топчу мир больше ста лет. Магия продлевает жизнь, позволяя в сто двадцать быть бодрым семидесятилетнем парнем.

Во-вторых, на меня и так покушались раз тридцать за прошлый месяц. Лучшие защитные системы ограждают от любого оружия, но не от предательства.

Я знал, что рано или поздно до меня доберутся. Сильнейший техномаг мира людей, вставший костью в горле у своих и чужих. Глупец, который творил справедливость по своему усмотрению, презирая интриги и подковерные игры.

Я знал, что меня убьют. Но думал, что успею истребить Рой. А так, предатели поступили не слишком логично. Не быть им программистами роботов, хех.

Смерть для меня не новость. А вот дальше произошло нечто странное.

Никакого полета в туннеле, далёкого света и голосов. Никаких воспоминаний о прошлом и встреч с почившими родственниками. Темнота, туманная пелена перед глазами, а дальше стена.

Монументальная каменная громада высотой с императорский замок. Тянется насколько хватает взгляда. С нее орут, что Гончаров упал вниз. Память нового тела подсказывает, что это теперь моя фамилия.

Фух, столько всего навалилось. Хотя сам недавно изучал техническую возможность переноса души человека в машину. Конечно это на грани легенд, но нельзя сказать, что совсем невозможно.

Удивлен, но не более. Привык мыслить рационально, на театральные вздохи да заламывания рук просто нет времени.

Слегка поворачиваю голову, пытаясь осмотреться вокруг. Понимаю, что лежу на мягкой, немного влажной траве. Это уже хорошо. При попытке пошевелиться тело пронзает боль, разрывающая каждую клетку и резко бьющая в голову.

Не то, чтобы я боюсь боли. В прошлой жизни и не такое испытывал. Но интуиция подсказывает, что я зря тут разлёгся. Стену построили не случайно, и солдаты по ней ходят не просто так.