Так, руна на удаление ржавчины в труднодоступных местах. Заклинание по возвращению первоначальной формы. Потом подгонка деталей с помощью моей энергии. Вроде все, проверяю.

Хм, хорошо открывается. Даже слишком. Пришлось долбануть монтировкой, чтобы слегка заедало.

— Ну что там? Время прошло. Давай, идем дальше, хорош выеживаться, — недовольно произнес прапорщик, возвращаясь ко мне.

— Идем, только деньги не забудь перечислить, — улыбнулся в ответ.

Сложно представить лицо этого колобка, когда он увидел, как старая громоздкая защелка открывается легким движением руки, кожух сам поднимается вверх, а потом опускается обратно. Без всяких там монтировок.

— Твою за ногу! Ну блин ты дал… Хотя стой, погоди. Оно завтра опять так же будет. Я уже в прошлом месяце делал, — воскликнул прапорщик.

А я достал из кармана смартфон и многозначительно хмыкнул. Вскоре мне было зачислено десять дебетов. Заодно потренировался пользоваться виртуальным кошельком. Теперь буду знать, как все работает.

Мы обслужили пару подъемников и несколько механизмов, которые поворачивают пушки. Примитивные пушки с металлическими зарядами. Держать оборону с помощью таких нереально. Неужели в этом мире все оружие настолько плохое?

Чуть не удержался, чтобы это сказать. В последний момент вспомнил, что для Гончарова это все — нормально. И лучше держать язык за зубами.

— Так, схожу маяк посмотрю, говорят там две лампы сгорели. Ты пока это самое, ну ты знаешь, — в какой-то момент сказал Звягин и ушел прочь.

В его голосе читалась хитрая интонация. Наверняка пойдет прохлаждаться, скинув на меня всю работу. Впрочем, так оно даже лучше. Можно быть самим собой, не забивая голову лишней конспирацией.

Я взял масленку и продолжил заниматься делами. В какой-то момент подошел к месту, где не было ограждения. А вот это уже опасно. Теперь ясно, почему Глеб свалился.

* * *

Сержант Рыбин делал вид, что возится возле одной из турелей, а сам краем глаза наблюдал за жирдяем и его худощавым спутником.

В какой-то момент Гончаров остался один, так еще подошел к месту, где нет ограды. Видно вчерашний опыт его мало чему научил. А может после падения помутился рассудок.

«Ничего, сейчас этот сопляк полетает. Не успел сюда припереться, как уже офицер. Кто-то всю жизнь не может стать даже прапорщиком! Проклятый дворянский выкормыш» — подумал Рыбин, медленно обходя Гончарова.

Однако он хотел убить «пиджака», не только из-за зависти, перешедшей в ненависть.

Солидная сумма денег капнула на счет неспроста. И если он не закончит начатое, его самого скинут вниз, причем предварительно сломав пару костей.