— Какие старшие?

— Мои старшие.

Видимо, он сейчас ждёт, что я не удержусь и буду задавать вопросы дальше.

А я просто не вижу в этом никакого смысла.

* * *

Тика слушала чужой разговор, как школьница, затаив дыхание.

Замотавшись с ночи, поймав новость о победе дочери на выборах в школьных новостях, она подключилась к Рыжему лишь тогда, когда Виктора пришёл уговаривать китаец.

Ну, как подключилась. Чтобы не фонить и не висеть в канале явственно, пришлось задействовать крайне неудобную схему: она расширением сидела в расширении облака, которое взаимодействовало с концентратором парня.

Да, и программный продукт незаконный, и сама цепочка — но так Рыжий её хоть не чувствует.

Не то чтобы у неё были секреты от него (уже давала ему понять, что слышит его в любой момент), но… в одном месте заиграло детство?

Вероятно, оно — японка не стала обманывать саму себя.

«Когда-нибудь, возможно, даже раньше, чем ты думаешь, твой нынешний отказ мне может значить, что к тебе придут совсем другие люди и скажут: „Перепиши всё на меня“. Без учёта твоих условий и пожеланий». — Чень говорил в общем-то логичные вещи.

Тем интереснее было, что ему ответит Виктор.

— Пусть приходят. — Рыжий в своей обычной манере отмахнулся и то ли изобразил беззаботного дурака, то ли реально не придал значения.

А ведь хань сейчас разоткровенничался больше, чем собирался. Даже выболтал пару нюансов.

Следующие несколько фраз особой нагрузки не несли.

— Чень! — видимо, Седьков окликнул соученика уже когда они расходились из столовой. — Знаешь, где ты ошибся?

— Где?

Судя по звуку шагов, китаец, не чинясь, вернулся обратно.

Лезть в видеоканал или в другие приложения, чтобы убедиться, было просто облом.

— Ты не спросил, а заводила ли Тика вообще речь о моём наследстве. Или оно ей нахрен не нужно, потому что у неё в приоритете совсем другие вещи.

— У Хамасаки есть какие-то свои технологические решения? — хань откровенно провалился в размышления. — Насколько искрометные, что им неинтересны активы ГЕНЕТИКСА? Седьков, ты хочешь сказать, что твои новые покровители с островов обогнали НИОКР твоего отца?

Виктор промолчал.

— Да ну, чушь. Ты сейчас врёшь, хотя приложение этого почему-то и не показывает. Ну или добросовестно заблуждаешься.

— Да тьху на тебя. Примитивный ты организм, Чень, — русский словно поморщился. — Вернее, слишком уж прагматичный.

— А ты иной?

— При чем тут я? О другом человеке разговариваем. Что, если Тика ценит больше нематериальные вещи?

— Настолько, что охладела к индивидуальному бессмертию? — китаец наверняка с вежливой улыбкой продемонстрировал сарказм.