Чёрный со своим противником справился секундой позже, вспоров тому брюхо. Я сначала подумал, что всё, свинорыл уйдёт на перерождение, но тот пока не собирался умирать. Грохнувшись на пятую точку, урод заскулил, словно собака, и принялся собирать руками вывалившиеся наружу кишки.

— Берём в кольцо насекомыша! — уже не таясь, скомандовал центурион. — Держим дистанцию в десять метров!

— Э, придурки, меня развяжите! — пленник, которого караулили свинорылы, грохнулся на мостовую и теперь пытался подняться, ругаясь, на чём свет стоит. Никто, кроме богомола, не обратил на него внимание.

Измененный, увлеченно полосующий своими острыми конечностями истошно визжащую жертву, наконец-то отвлекся от своего занятия. Сорвав тело с алтаря, а вернее жертвенника, он с силой швырнул несчастного прочь. Тот, пролетев с десяток метров, рухнул точно на орущего пленного, мгновенно оборвав ругань.

Наступила относительная тишина, нарушаемая лишь топотом наших ног. Богомол крутанулся на месте и застрекотал, словно стартёр на старых жигулях. Выбрав меня первой целью, взмахнул конечностью. В мою сторону стремительно понёсся сгусток огня, размером с баскетбольный мяч. Я не успевал уклониться, лишь выставил перед собой меч, но огненный шар в последний миг отклонился в сторону, словно испугался острого клинка. В следующий миг по ушам ударил громкий стрёкот — изменённый явно разозлился.

В одну из лап Мола ударил луч фиолетового цвета, но не причинил твари никакого вреда, лишь привлёк внимание к напарнику. В следующую секунду ударил Чёрный, и его способность принесла результат. Две молнии, зелёная и алая, попав в суставы двух соседних ног, буквально прожгли их насквозь. Богомол, в этот момент поднявший переднюю пару конечностей для атаки, резко завалился на бок. Раздался хруст ломаемого хитина, а я вдруг понял — нужно действовать.

В десяток шагов преодолев расстояние до пытающейся подняться твари, я с ходу рубанул насекомыша по одной конечности, испольщовав «Воспламенение тьмы». Отскочил в сторону, крутанулся на месте и вторым ударом отсёк переднюю лапу, используемую богомолом в качестве оружия. В этот же момент Чёрный, подскочив с другой стороны от туши противника, сдвоенным ударом срубил еще одну лапу, а помощник полоснул лезвием глефы по олной из задних конечностей.

— В стороны! — крикнул я, заметив, как обрубок передней конечности начинает наливаться свечением. Вовремя, стоило нам отбежать на несколько шагов, как с обрубка сорвался очередной фаербол. Никого не зацепив, огненный шар пронесся метррв двадцать и запрыгал по земле, словно мячик.