Парень напрягся и устремил на меня взгляд темно-зеленых глаз. Я поежилась, но отступать даже не подумала.

– На меня это не подействует, Дэмиан, – твердо продолжила я. – Ты вообще понимаешь, к чему это может привести? Поверь, я видела, что происходит с людьми после травм. Они теряют себя, закрываются от всего мира и жалеют, что вовремя не начали лечиться.

Я замолчала и опустила голову, поражаясь своей искренности. Мне не нужно было этого говорить. Не нужно было вообще вмешиваться в жизнь Дэмиана. Он сделал свой выбор. Сколько бы я ни приводила примеров, их будет недостаточно, чтобы вразумить восходящую звезду футбола.

– Я знаю, капитанша, – прошептал он. – Все сложнее, чем ты думаешь.

– Так расскажи мне. Зачем держать все в себе? Я и так уже знаю больше остальных, какой смысл молчать?

– Ты не поймешь меня, – настаивал он.

Я подняла голову и нахмурилась, глядя на потерянного и такого уязвимого парня. Он боялся, но не своей травмы, а осуждения, того, что эта тайна может выйти наружу, разрушив его будущее.

– Мой отец был в «Грин Хорнетс», – со вздохом сказала я, надеясь заполучить доверие всегда закрытого Дэмиана. – Каждая игра могла стать для него последней, но он всегда выходил на поле и не показывал никому вокруг, как ему тяжело. Еще ребенком папа повредил плечо, упав с мотоцикла. Когда он пробовался в команду, то просто промолчал о травме. Бесконечные обезболивающие стали для него привычным делом. После «Грин Хорнетс» отца пригласили в «Дервис», за которых он играл семь сезонов, но потом резко пропал, разорвав контракт.

– Джастин Сандерс, – медленно произнес Дэмиан, округлив глаза. – Ты его дочь. Как я сразу этого не понял? Сидни говорила, что место капитана досталось тебе по наследству, но я не знал, как именно. Думал, вы просто однофамильцы. Так Аманда и Джастин Сандерс твои родители?

– Да, но я не люблю об этом говорить. Даже не все девочки знают, благодаря кому именно я получила место. Для всех я просто родственница кого-то из Сандерсов. Сейчас речь не об этом. Дэмиан, тебе нужно лечиться. Мой отец уже несколько лет не вылезает из больниц. Его рука практически полностью потеряла чувствительность. Не повторяй его ошибок.

– Мне нужна операция, капитанша. Восстановление может затянуться на годы. Это слишком долго. Пока я могу бегать, буду бегать, как бы больно ни было.

Я сжала губы, стараясь сдержать гнев. Неужели он совсем не слышал меня? Или просто не хотел слышать? Его упрямство граничило с безумием.

– Дэмиан, ты рискуешь не просто карьерой. Ты рискуешь своим здоровьем, своей жизнью! Неужели спорт стоит того? Ты готов пожертвовать всем этим ради минутной славы?