До Сыростана вдвое ближе, чем до Зелёной Рощи. Так что путь к сельсовету за справкой с места жительства, необходимой при поступлении в учебное заведение, был недолгим. И, выйдя из здания с официальной табличкой, я понял, с кем я смогу отвести душу в простой человеческой беседе. Тем более, адрес я знаю.

Непряхину я узнал издалека: там, в двадцать первом веке я заказал в оптике сразу три пары очков в тонкой металлической оправе и забрал их, когда лечил царапину, полученную при атаке беспилотника и «кувыркался» с Маринкой. Заказал про запас, естественно, теперь отвечая на вопросы, откуда такая красивая оправа, вру, что в Москве импортную купил. Диоптрии и, самое главное, угол наклона осей для моего астигматизма, подобрали идеально, так что я теперь в «окулярах» вижу почти как человек с нормальным зрением.

Наташа заканчивала окучивать картошку в огороде, так что я не стал подъезжать к воротам дома, а переулочком подкатил прямо к тому месту, где она орудовала мотыгой. Тяпкой, как называют в нашей местности этот сельскохозяйственный инструмент. Лёгкое ситцевое платьице, подчёркивающее стройную фигурку и открывающее ноги до середины бедра, платочек, чтобы не напекло голову. Мода у девчонок сейчас такая — ходить в платьях, даже если это школьная форма, подол которых поднят по самое «не балуй». Или в расклешённых брюках и клетчатых «ковбойских» рубашках. Если нет возможности купить у спекулянтов безумно дорогие джинсы. Желательно — настолько тесные, чтобы влезть в них было огромной проблемой (зачастую натягивали их мокрыми, дожидаясь потом, когда они высохнут на теле).

Дурь несусветная, пошедшая от тех, кто не смог купить синие заморские штаны нужного им размера и был вынужден использовать то, что «достал». А вслед за «модниками», мучающимися в малой им одежде, ушивать штаны, даже подходящие им по размеру, стали все остальные «стиляги». Но всё равно «джинсЫ» не хватает, «рвут из рук» её за огромные деньги и любых имеющихся размеров. Мне, например, в 1983 году, перед армией, пытались всучить «безродные» штаны за 250 рублей (очень неплохая месячная зарплата квалифицированного рабочего). При моём росте под 190 см пояс надетых брюк мне доходил до сосков, а в остающийся внутренний объём можно было втиснуть ещё какого-нибудь худышку.

— Ушьёшь, и будет отлично! — оптимистично заявила девица, пытавшаяся их продать.

— Ну, ушью. И через полтора месяца уйду в армию. А когда вернусь, фигура изменится. И что тогда делать?

Я не зря упоминал про «безродность» предлагавшейся мне джинсЫ. Самый-самый-самый визг — это марки «Ли» и «Леви Стросс», которые неискушённые в английской грамматике советские люди называли, естественно, «Леви Страус». Ушлые спекулянты перешивали с уже отходивших своё брюк нашивки с этими марками, «лейбы», как их называют, что позволяло на 30–50% поднять цену. Ясное дело, я приволок из будущего парочку простеньких брюк этого фасона. Квадратиш, практиш, гут. В смысле — удобно и практично. Но в деревне выпендриваться в них особо не перед кем, вот они и ждут, когда я переселюсь в город. В школу ходил в костюмах, дома донашиваю старенькие от тех же самых школьных костюмов. Рубашки, конечно, «по моде», с широченными отложными воротниками: другие просто не выпускаются. «Клёшем», постепенно начинающим сдавать позиции, не увлекаюсь: мультфильм «Ну, погоди» про приключения на корабле Зайца и любителя расклешённых брюк Волка смотрели?