— Дмитрий Борисович! — закричал второй амбал и хотел схватить меня за руку, но опоздал.

Выйдя из машины, улыбнулся замершим на тротуаре прохожим, которых очень заинтересовало, что тут вообще происходит, и двинул на запах.

Из остальных авто кортежа сразу же высыпались ещё Жандармы, а двоица моих сопровождающих быстро вышли на улицу.

— Белов Дмитрий Борисович, вернитесь в машину!

Я махнул рукой и пошёл дальше. Парням ничего не оставалось, кроме как связаться с начальством, получить новые инструкции и догнать меня. Представляю, как это забавно выглядело для уличных зевак. Одетые в чёрную форму Жандармы бегают за каким-то непонятным парнем. Кольцо-то я заблаговременно убрал в ключ, когда выходил наружу.

Похоже, что наверху решили мне не мешать, раз больше никто не пытался вернуть меня обратно в тачку. Жандармы просто шли следом, отгоняя прохожих одним своим видом.

Десять минут у меня заняло дойти до места покушения. Стоит признать — покуролесили знатно. Часть домов разрушены, машины перевёрнуты и покорежены. Одна вон, врезалась в овощной магазинчик. Дорога перепахана и частично прожжена, виднелись следы кислоты. Впрочем, тут следов насекомых было более чем достаточно. Государственные службы оцепили этот район и пропустили меня только благодаря Жандармам. Повсюду ходили люди в белых комбинезонах, собирая образцы. Техника разбирала завалы, бригадиры чихвостили рабочих, призывая их работать быстрее.

Подойдя к одной из дыр, что была прожжена кислотой, присел и засунул пальцы в бурую слизь.

— Парень, ты что тут делаешь⁈ — окликнули меня со спины.

Повернулся и увидел одного из работников в белом комбинезоне. Тот с полным удивлением взирал на меня, а когда перевёл взгляд на мои пальцы, то заголосил:

— Быстро убери руки! Это важные образцы с места преступления!

Он бы и дальше распинался, но к нам подошёл один из Жандармов, коллеги которого что-то обговаривали с гвардейцами императора в оцеплении. В общем, мужика в белом спровадили, а Жандарм остался со мной, работая лицом и поводом не подходить близко. Он то и дело бросал на меня заинтересованный взгляд, не понимая, зачем я копаюсь в этом дерьме. Но вопросов не задавал и хорошо.

Потерев слизь на пальцах, принюхался.

Хм, а вот это интересно…

У инсектойдов, как бы это сказать, есть свой определенный запах. Феромон, который они вырабатывают, как для атаки, так и для защиты от хищников. У Разломных насекомых, которых я встречал в этом мире, если не брать в расчёт матку, когда мы со Славиком и Гримлоком прогулялись под одному из них, то ничего необычного быть недолжно. Феромон из-за влияния энергии приобретает определённые изменения, но не более того. У тех, кто привязан к так называемому улью — вспомнил опять матку — он единообразен. Своего рода клеймо.