Когда от тварей остались лишь едва мерцающие угли, Владимир сбросил очередной накопитель, вставил новый, и покачал головой, глядя поверх прицела, затем закинул оружие в пространственный карман, вытащил свой меч и чувствуя, как божественная защита наплывает поверх бронекостюма, спросил.

— Ну, ты же не ожидал, что будет так просто?

— Я вообще мало что планирую. — Хардолл встал, и на глазах стал покрываться чем-то вроде коры, или толстой бугристой кожи. Хаосит нырнул рукой куда-то в туманное марево, появившееся у левого запястья, и вытащил чёрный словно ночь, длинный прямой меч, с тонкой двуручной рукоятью, и простой крестообразной гардой.

— Дыхание ночи. — Хардолл любовно прошёлся пальцами по лезвию. — Знаешь сколько Мастеров Порядка, он выпил? Больше десятка! Ты будешь двенадцатым. — Крутанув меч, он нанёс мощный удар сверху, и слегка удивился тому, как легко ушёл от удара его противник.

— Не буду. — Владимир начал движение из нижней позиции, направив движение черного меча вниз, контратакуя ударом ноги, и узором «Чёрной пыли» влив в него почти пять миллионов единиц.

И если от удара, Хардолл успел уклониться, то узор настиг его, и защитная сфера ярко вспыхнула, и погасла, на мгновение оставляя адепта хаоса без энергетического щита, но Владимир предполагавший такую возможность, переложил меч, изменяя направление удара, и коротким взмахом отсёк врагу левую руку.

— Это будет интересно. — Хардолл не изменившись в лице, крутанул меч и снова кинулся в атаку. Но вторая рука, нужна не только для того, чтобы выхватить короткий клинок. Она играет важнейшую роль в балансе, и движениях, поэтому хаосит стал проваливаться на длинных взмахах, и Владимир наконец подловил его, вспоров коротким взмахом грудину.

Броня церковнику не помогла, и меч окутавшись облаком алых и синих искр, легко вошёл в живот, выйдя из шеи.

Но рана уже затягивалась, а рука почти отросла, но пока не обзавелась нормальными мышцами.

— Чёрт, да когда же ты сдохнешь? — Владимир крутанулся, отсекая правую ногу по колено и вогнав пальцы в щёку Хардолла оторвал нижнюю челюсть, и развернув меч, воткнул в макушку, пронзая до паха, и дёрнув меч, почти разделил тело пополам, и вновь обрушил узор Чёрной пыли, гарантированно выжигавший любые виды энергии.

На глазах у Владимира, тело хаосита стало осыпаться невесомым пеплом, таявшим в воздухе, но в какой-то момент, что-то громко хрустнуло, и вместо оплывающего пеплом мертвеца, возникла серая точка пространственного пробоя, через который полезла такая страшная образина, что Соколов не думая обрушил на морду удар меча, и когда клинок обиженно звякнув отскочил, а следом, пасть раскрылась, выдернул из пространственного кармана, тяжёлый цилиндр хандской инженерной мины, и воткнув его между челюстей, отскочил в сторону, окутавшись облаком защит.