— Их пятнадцать, — объяснила Пак Чанми, — Ким Минхо большой любитель кошек, вот и… устроил зверинец.

Люди, которые сидели в комнате отдыха и умиротворенно гладили кошек, посмотрели на госпожу Пак со смесью смущения и осуждения. Кажется, кошки — часть корпоративной этики, потому что в этой комнате отдыха сидели не трейни, а офисные работники. Но Дан предполагал, что тоже зайдет — пушистиков он любит, просто считает, что с его графиком заводить кошку крайне безответственно.

И только после всех этих экскурсий они пришли в большой зал… где занималось всего четыре человека.

— Собственно, на данный момент это все трейни агентства… девушек побольше, конечно, но ненамного, — весело сказала Чанми, когда все представились.

— Вы практически устроили наш захват, — весело добавил Юджин.

Это тот, которого Инсон назвал приятным и общительным парнем. Дан в ответ на его слова, тоже улыбнулся. В некотором роде ведь так и есть — с подачи Дана количество трейни выросло вдвое.

— Все вместе видеться вы будете на общих занятиях, — спокойно сказала госпожа Пак, — Сейчас вы пойдете заниматься в другой зал. Руководство решило, что стоит считать вас пре-дебютной группой, к вам добавляют Юджина, остальные будут тренироваться по старой программе. Юджин, ты все собрал?

Юджин был самым высоким из четверых, с тем типом внешности, которую больше всего любят в Китае — чуть вытянутое лицо, мягкие черты и большие глаза без двойного века. Он поспешно кивнул и метнулся к стене, у которой стояла массивная спортивная сумка. Дан, Минсок, Инсон и Хэвон тоже были с такими — только что забрали с гардероба. В них традиционный для трейни набор — кроме спортивной формы и нескольких футболок, еще всякие бинты, упаковки носков, средства гигиены. Носить это с собой каждый раз слишком муторно, хранят обычно в шкафчиках в агентстве.

Только теперь Чанми наконец повела их к новому залу. От восхищенного посвистывания Дана спасло только то, что он вроде как должен держать марку уверенного в себе человека хотя бы для комфорта Минсока и Хэвона. А вот Инсон не сдерживался.

— Ахуеть, — сказал он и тут же ойкнул.

— Первый штраф, — невозмутимо сказала госпожа Пак. — Использовать нецензурную лексику запрещено.

— А что за штраф? — уточнил Инсон.

— Система баллов, — пояснил Юджин. — Баллы можно обналичивать на закуски в кафе и предметы гигиены в местном магазинчике. У тебя минус сто, поздравляю.

Дан засмеялся. Хотя не столько над Инсоном, сколько потому что восхищение так и рвалось наружу.

Не только в Person есть «именные» залы. В КАС у действующих групп тоже есть закрепленные комнаты для практик, но… масштабы другие. Здесь к танцевально-репетиционному залу прикреплены два других помещения. Сам зал достаточно большой и светлый. Напротив входа, по узкой части прямоугольника — панорамные окна. Этаж небольшой, поэтому вид из них обыденно-городской. Окна затемнены декоративной деревянной решеткой, на которой крепится логотип агентства. Зал в натуральных теплых тонах — темный паркет, бежевые стены, длинный диван цвета приглушенной охры. Вся левая стена зеркальная, стена у входа — частично. Зеркало здесь не до потолка, над ним — коробка кондиционера, колонки и камера. А вот стена слева выглядит непривычно для танцзала, потому что там две двери. Между ними — тот самый диван, музыкальный центр стоит у окна. Одна дверь ведет в просторную раздевалку. Двенадцать шкафчиков, три душевых кабинки, отдельный туалет. Вторая дверь — что-то среднее между конференц-залом и кухней. В самом танцевальном классе нет ничего, кроме диванчика для отдыха и все типичные для таких мест шкафчики вынесены отдельно. Все тот же мини-холодильник, кулер с водой, маленькая раковина. Большой овальный стол, напротив — полотно для проектора. Получается, все самое нужное в одном месте и принадлежит только одной группе. Необычно и наверняка удобнее, чем таскаться по коридорам между комнатами с этим же назначением.