сектора обстрела и заняли свои позиции. У пацанов уже был боевой опыт и им не нужно было дополнительно разжевывать что и как нужно делать. Мы нарисовали точный план, распределили роли, и они пошли, чтобы «делать красиво». – Все будет в ажуре, начальник! – уверял меня перед началом штурма старый зек с позывным «Лукошек», отсидевший полжизни за убийства. – Главное зайти тихо, чтобы лишнего сопротивления не было. – Когда сопротивляются, я, наоборот, только злее становлюсь, – скривив рот в улыбке прошипел он. «Где вас, маньяков, понабрали?» – подумал я и мысленно перекрестился. – Выдвигаемся на рассвете, как обычно без шума! – еще раз напомнил я. Штурм солевой базы «Пегас» поднял в небо свою «птицу» и стал снимать происходящее. Обе группы действовали скрытно и оперативно. И с запада, и с востока они незаметно подобрались к украинским позициям, убили фишкарей и выбежавшего на подмогу молодого солдата. – «Констебль», вижу, как укропы на севере мельтешат по базе, продвигаемся вперед, – доложил мне «Эльф». – Продвигаетесь двойками вдоль забора с обеих сторон. Зажимайте их в угол. Там осталось только одно большое здание – склад. В результате короткого получасового боя основная масса украинских военных забаррикадировалась в подвале под складом, а один из них, не успев добежать туда, запрыгнул в емкость, похожую на бочку от молоковоза, и закрылся там изнутри. В силу неожиданно быстрого успеха продвижения наши бойцы засуетились и, растерявшись, не знали, что делать дальше. – Командир, мы забрали базу. Что с типом делать, который в бочке? – Постучи ему туда, может сдастся, – пошутил я, чтобы сбросить напряжение, которое осталось от ожидания, что украинцы окажут жесткое сопротивление нашим группам. Я увидел и услышал, как боец подошел к бочке и заколотил по ней прикладом: «Хохол! Вылазь и сдавайся! Жить будешь». – Пошел на хер! – на чистом русском ответил ему из бочки укроп. – Хер вы меня тут возьмете! – стал истерить он. – Что делать, командир? – Уничтожать. Мы ему давали шанс. Берешь кумулятивную «морковку» к РПГ и с тридцати метров мочишь по бочке. Она и танк прожигает, а бочку тем более расплавит вместе с ним. Предупреди его, что ему будет жарко, если не вылезет. Украинец не сдался, тем самым подписав себе смертный приговор. Кумулятивная струя пробила в бочке дыру, через которую вдогонку его законтролили из автомата. Остальные отстреливались из подвала, в который вела единственная крутая лестница. Как только наши приближались к ней, оттуда стреляли автомат и пулемет.