визуально похожего на валенок, и его продолжение, которое пересекало улицу Независимости и уходило на восток. РПГ туда не добивало, поэтому он и «Выдра» стреляли с ПТУРа, выбегая на «открытку». – Зачем ты так рискуешь? – задал я ему вопрос, когда он вечером вернулся на «Аид-2». – Ну а кто это будет делать? – удивился он. – Пацанов жалко просто подставлять. Да и кто из них лучше, чем я, может отработать? – Запретить я тебе, конечно, этого не могу. Да я и сам бы, конечно, туда сходил, но это же с командиром согласовывать нужно. Ты же знаешь, что он нами дорожит и особо рисковать не разрешает. И его можно понять. – Да ладно, что со мной будет? Все время хожу, стреляю и все в порядке. Володя действительно был как заговоренный. Но везение рано или поздно могло закончиться, и мы могли потерять хорошего грамотного командира, которого не заменить. – Я понимаю, что ты там пострелять хочешь, пошалить. Убить кого-то ради прикола. Но, а вот представь и тебя, и меня, и Серегу «затрехсотит» или убьет? Хорошо это будет? – А я-то тут при чем? – возмутился «Бас». – Думаешь я от твоих не слышу, что ты самый первый прешься в разведку как «Следопыт» из книг Фенимора Купера? – переключился я на «Баса». – Тоже любитель взять СВД или «Муху» и пропасть на полдня по делам. Мне тут недавно «Пегас» видео показывал, как ты воюешь. Колись! Что там было? – Да ничего там особого не было, – пошел в несознанку «Бас». Но, уступая нашим уговорам, нехотя стал рассказывать. – В общем, когда мы еще были на старом «Аиде», отправил я мужиков по окопам медицину собирать. Вы как раз лес этот, «Эдем», штурманули и все эти там блиндажи взяли. Пошли они и возвращаются: нас там типа на хер посылают и говорят, что это все наше, – издалека начал «Бас». – Я говорю: «Пошли поговорим с этим гуськом лапчатым!». Пока шли, этого гражданина затрехсотило. Повезло, значит, ему. Я, сами понимаете, сильно волновался по его поводу. И, значит, говорю ему: «Ну что, гусь? Медицину мужикам зажал? Вот сейчас тебя будут заматывать, а если не хватит, ты здесь и вытечешь», – сдерживая нарастающую злость, рассказывал Серега. – И все? – не понимал я, куда он клонит. – Ты не торопись. Вот не люблю я, когда орут или торопят. Он по своему обыкновению задумался, прокручивая в голове цепь событий. – Побегали мы там по этим окопам. Собрали, что было. И в сторону «Пятерки» по траншее пошли. И тут давай по нам пулемет работать. Там такой овражек, а за пригорком три дома стояло. Я-то думал, там наши, а оттуда как стали стрелять. И,