Да ничего он здесь не сделает. Сам ляжет рядом, точнее, его части тела.

Внезапно над головой раздался стрекот крыльев. Всё! Попал!

Пегасов побежал обратно. Через несколько секунд над головой графа показался белый размером с человека шершень. Несмотря на жуткую боль в плече, он всё-таки смог выстрелить. Молния проделала дыру в шершне, который рухнул перед ним, дрыгая мощным жалом.

Пегасов побелел от ужаса и побежал вниз еще быстрее. Наверх ему точно путь заказан. Оставалось лишь обойти вокруг и, возможно, найти другой путь наверх или сразу укрытие.

Гигантских тварей он больше не видел, многие из них оставались с долине, единицы пробегали, проползали, пролетали мимо, и он в это время плюхался лицом в грязь, притворяясь мёртвым. А когда звук отдалялся — вставал и вновь бежал вперёд.

Вдруг из мусорной кучи выскочила огромная ящерица. Какого⁈.. Хотел пустить заряд, но в ответ раздался лишь тихий щелчок.

Пля! Пегасов выставил копьё вперёд и сделал упор на землю, когда тварь прыгнула на него, взмахнув длинными когтями. Остриё с лёгкостью пробило череп твари насквозь, и та перелетела через него, упав на землю уже мёртвой.

Он победил эту сволочь! Он сделал это! Но что-то было не так. Он обратил внимание на рукав, который был разодран и ткань свисала лоскутами.

Черт! Черт, черт, черт!!! Три глубокие царапины. Надо срочно остановить кровь. Граф собрал все свои силы в кулак. Сконцентрировался. Нужна регенерация и дезинфекция.

Зелёная нить живительной энергии окутала рану. А потом… На его глазах энергия начала менять цвет на фиолетовый. Что это за х*рня⁈

Пегасов вдруг почувствовал, как его выворачивает наизнанку и упал, содрогаясь в конвульсиях. Он что, мутирует⁈ Нет, этого не может быть.

Он громко расхохотался в небо. Как всё просто и нелепо! Он продолжал смеяться, с трудом осознавая, что, его голос начал меняться на хриплый, булькающий, шуршащий.

Посмотрел на руки, которые стали покрываться чешуей и почувствовал, как внутри него происходит необратимая реакция.

Перед глазами Пегасова всё расплывалось. Он упал на спину, выдыхая воздух со свистом. Тут же рядом раздался шорох, затем с другой стороны.

Давайте уже, жрите, сволочи.

Но он услышал голоса, говорящие на непонятном ему языке. Затем его подняли, положили на что-то вроде носилок и понесли.

— Чака… Гуд Чака… — услышал он сверху причмокивающие звуки и провалился в небытие.

* * *

Когда я вернулся в поместье, первым делом встретил Софью.

— Наш Эдик как-то странно себя ведёт, — она озадаченно посмотрела в сторону его тюрьмы.

— Что не так?