— Это верно, — улыбнулся я, добавив, — И, как вам уже, наверное, доложили, отравление и бомба — его рук дело.

Зильберман выдал несколько слов на непонятном языке, явно выругавшись. — Да, я уже знаю, — ответил старый еврей. — И продолжаю утверждать, что он не мог сам такое провернуть. Пегасов ему помог как пить дать.

— Да, похоже на правду, — ответил я. — Но нам надо убедиться в этом. Скоро выясним. Но ещё будет голосовать брат Драгунова, — ответил я. — У него тоже есть право голоса.

— Он всегда был тенью Василия Игнатьича и наверняка проголосует за сильного, а это вы. Хотя тут я точно не могу сказать. Чужая душа — потемки, — вдруг Зильберман оживился и всплеснул руками. — Вы даже не представляете, что творится в клане Троекуровых! Появилось много дальних родственников, и каждый хочет занять трон.

— Интересно, и что там? — повернулся я к нему.

— Страсти там кипят и льются через край! — Зильберман растянул тонкие губы в улыбке. — Мои источники говорят, что уже было три попытки покушений и одна массовая драка. Прям умилялся, когда слушал это. Вот это я понимаю — битва! Не то, что у нас. Тихое болотце.

— Мне они не интересны. Пусть хоть перережут друг друга, — ответил я.

— А зря, молодой человек. Я бы на вашем месте напрягся. Там есть просто безбашенные персонажи. И многие сходятся на том, что Аркашу отравил клан Драгуновых.

— Дождёмся, когда всё утихнет, и поговорим с новым главой клана, — буркнул я. — А Збруевы? Что насчет них?

— Жена Збруева была финансистом, тащила на себе всю бухгалтерию. Есть наследник. У обоих есть право голоса. Но как они проголосуют, я без понятия. Кстати, — хитро прищурился Зильберман, — вы говорили, что Павел тоже захочет участвовать в голосовании. Мы предполагаем что он виноват во всем, но это предположения. Как говорится догадки к делу не подошьешь. Может сделать так чтобы он не пришел вовремя. И если он опоздает?..

— Полчаса совет ждёт, а потом собрание проводится, не учитывая его кандидатуру, — вспомнил я то, что говорила мне Катя.

— Ну вот, мои люди его и встретят по дороге, — хохотнул Зильберман. — Поговорят с ним о птичках. Выберу самых разговорчивых.

— А это идея, Моисей Абрамович, — хмыкнул я. — Хорошая идея.

Побеседовав с Зильберманом ещё некоторое время о перспективах и дальнейшем сотрудничестве, мы разошлись, и я заехал в магазин, приобретя новый телефон. Все контакты и прошлый номер я восстановил, передав продавцу небольшой тёмный камень прямоугольной формы, который вытащил из разбитого предмета. Следом покрутил телефон в руке. А что — даже лучше прежнего и очень крепкий. Я специально выбрал модель с магически усиленным экраном. Драться приходится часто, не хочется после очередной случайности снова менять телефон.