Затем на бородатом лице Леонида Игнатьевича засияла улыбка:

— Так это же не заочное обучение, верно? Поэтому автоматически новым главой становится Павел.

— Я снимаю свою кандидатуру, — пробурчал Павел.

И что это было⁈ Я удивлённо посмотрел на своего врага. Да все сейчас смотрели на него, и эмоции на лице у каждого были те же, что и у меня, кроме Драгунова.

Он побледнел и внимательно взглянул на своего племянника.

— Паша, ты охр*нел? — вскрикнул Леонид Игнатьевич. — Ты зачем это сейчас говоришь?

— Не хочу больше конфликтовать, — Павел резко ударил ладонями по столу, заставив вздрогнуть рядом сидящую Збруеву. — Иван достойный лидер, я же потерял к этому интерес… И прилюдно извиняюсь перед ним за причиненное зло, вольное или невольное…

— Он что, в секту какую вступил? — тихо пробормотала Збруева, но достаточно громко, чтобы я услышал.

Пока Павел извинялся, я с удовольствием наблюдал за лицом Драгунова, которое меняло цвет с бледного на красное и наоборот.

В итоге он вышел из-за стола:

— Тогда я выставляю свою кандидатуру на правах родства прошлого главы. Без голосования, конечно.

— А вы ничего не перепутали, Леонид Игнатьич? — обратился я к нему.

— Нет, Иван, — одарил он меня взглядом победителя. — В Уставе всё написано. Вот, — Драгунов открыл талмуд на столе и передал мне.

Ну, как и говорила Катя. Хитрый жук подсуетился и такими же чернилами был дописан подпункт. Причем я помнил, что его раньше там не было. Ну что ж. Я позвонил Кате, которая мне сказала, что она уже рядом, причем с Хранителем.

— Тогда включи на громкую, пусть и он послушает, — тихо ответил ей, и сам нажал значок микрофона на экране, затем положил его на стол.

— Ничего не пойму, и что это означает? — громко спросил я его.

— У вас же всё перед глазами. Что ещё нужно?.. Могу процитировать, — резко ответил Драгунов.

— Да уж будьте так любезны, — хмыкнул я.

Драгунов смерил меня злобным взглядом, прокашлялся:

— В случае убытия главы клана, находящегося на испытательном сроке, на Обучение в Академию, он лишается главенства, и оно автоматически переходит к ближайшему родственнику ранее правящего рода… Как-то так.

Глаза Драгунова заблестели, словно у фанатика. Он очень внимательно следил за моей реакцией, торжествующим взглядом «сверля во мне дыру».

— Можете отправляться, Иван Астафьев, на свое обучение, — ответил он. — И даже не возвращаться. Впрочем, мне всё равно.

— Да всё бы ничего, — я иронично улыбнулся в ответ. — Но есть одно ма-а-аленькое «но»… Такое вот крохотное…

Я сказал это, услышав приближающийся стук каблучков в холле. Двери в зал распахнулись, и на пороге я увидел раскрасневшуюся Катю, а рядом с ней того самого Хранителя, который мне ставил татуировки, в белом одеянии с капюшоном.