— Можно в понедельник. Только после обеда.

— Ну все, тогда скажу время, — ответила Марина и заканючила. — Я очень… очень скучаю. Давай уже быстрее заканчивай свою учебу. Разве не получится сдать всё пораньше?

— Мариш, подумаю, что можно сделать. Пока сложно сказать, но вероятность всегда есть, — попытался я успокоить её. — Давай, договаривайся с этим бароном. Всё, обнимаю. До связи.

Только отключился, как в комнату забежал Саня. Он был распаренный и довольный.

— В общем, договорился по стадиону, — выпалил он, падая на скрипнувшую под его весом кровать. — Оказывается, что списки уже назначены на отбор, но нас тоже проверят.

— Отлично! Когда идём? — я вспомнил ещё одно дело.

Планировал смотаться в магазин и приобрести небольшой сейф. Раз уж любой маг может залезть в чемодан, лучше спрятать свои честно заработанные в более надёжное хранилище.

Пространственный карман я не рассматривал. Во-первых, там обитает Лея. Как она призналась, у неё аллергия на краску, напыленную на купюры. Паучиха жутко от этого чешется. Во-вторых, могут возникнуть ситуации, когда срочно нужны деньги, а палить при всех свое секретное хранилище я не горел желанием.

— Через час парни собираются на стадионе, — ответил Саня. — К этому времени надо уже быть там.

Ну отлично. Значит, я всё успеваю.

Поторопившись, я успел посетить охранный магазин. Приобрел небольшой металлический короб, дополнительно усиленный магическим контуром, и даже успел выставить код и поставить дополнительно магическую защиту.

* * *

Воронцов нервничал, меряя шагами небольшую комнату располагающуюся на окраине Берлина. Почему его человек до сих пор не позвонил? Что там происходит? И получится ли убрать по-тихому Астафьева?

Но был он напряжен не только поэтому. Сказывалась подготовка покушения на канцлера. Убить его — дело серьёзное. В германском обществе резонанс будет однозначно. И он не дурак, чтобы не понимать его масштабы. Столп, на котором держится вся пророссийская политика, рухнет. И это, конечно, на руку римлянам.

А что будет потом, и так понятно. Сенат посадит в освободившееся кресло своего ставленника. Вот и союзник в противостоянии с Российской Империей.

Но ему было всё равно. Он бежал из России, чтобы не сесть в тюрьму, да и дочь он скоро тоже перевезет к себе.

Внезапно тишину разорвал телефонный звонок, и Воронцов подскочил к столу, принимая вызов.

— Ну… что там у тебя⁈ — крикнул он в трубку.

— Мне кажется, он что-то подозревает, — раздался тихий голос.

— Ты успокойся и думай, как его завалить! — крикнул в трубку князь. — Есть варианты?