— Вези нас, Серега Самохвалов, в магазин, где продаются особенные товары — белые сумочки из кожи буруна, — ответил я, засмеявшись. — Знаешь такие?

— Хм… Вот ты озадачил. Но — фигня война, главное маневры. Найдем, не беда, — хмыкнул Серега, тронувшись с места.

Помотавшись по городу битый час по большим торговым центрам и даже посетив ЦУМ, мы все-таки нашли небольшую лавку, где продавали эксклюзивные товары.

Когда я подошел к прилавку, увидел дородную пожилую даму, увешанную с ног до головы драгоценностями. Грудь её была такой большой, что выдавалась вперед двумя холмами, и я не понимал, как они не перевешивают. Женщина крутила в руках зеленую сумочку с большим бриллиантом. Рядом на прилавке лежала вторая сумочка, но уже белая. Видно, она не могла определиться между двумя вариантами.

— Здравствуйте, — обратился я к продавцу с небольшой залысиной. Он как раз расписывал прелести товара, который рассматривала посетительница.

— Добрый вечер. Что интересует? — он переключился на меня, понимая, что там тяжелый случай.

Дамочка явно уже все соки из него выжала, судя по тому, как он быстро перешел ко мне.

— Мне бы сумочку из кожи буруна, и желательно белую, — выдал я запрос, на что продавец покосился на белый предмет, лежащий на прилавке.

— Да, есть такая, но осталась одна. Быстро раскупают, — пожал плечами мужичок.

— Беру, — достал я пачку денег и отсчитывая примерно половину. Пять тысяч, как и указано на ценнике.

— Эй, куда! — вскрикнула пышка, возмущенно тряхнув большой грудью. — Я ещё выбираю.

— Уважаемая, вы ведь только что склонялись к варианту с бриллиантом, — мягко обратился к ней продавец.

— Нет, раз это последняя, то я её и беру, — дама схватилась за белую сумку.

Вот ведь незадача. Я покосился на круглые часы, висевшие на стене. Времени на дальнейшие поиски у нас не было. По сути, это был единственный магазин во всем районе, где я нашел, то, что нужно. Значит, надо как-то уговорить дамочку.

— Послушайте, я ведь пришел, когда она лежала на прилавке. Так? — обратился я к пышке.

— Ну и что? Я же выбирала! — дама побагровела и, судя по вздымающейся груди, готова была закатить истерику.

— Вы отложили сумку и уже переключились на другой товар, — добродушно улыбнулся я. — С таким успехом я могу отложить полмагазина и выбирать товары, возмущаясь, что их покупают другие.

— Я не согласна! — вскрикнула она. — И я передумала. Беру эту.

— Я прибавляю ещё тысячу, — на глазах изумленного продавца я отсчитал ещё десять купюра и положил их на стол. Последнее слово за хозяином лавки, — покосился я на мужичка, который не хотел ссориться с дамой, и в то же время смотрел на деньги, которые лежали перед ним.