— Пугает. Если ты не будешь делать что говорят, то я как раз разорюсь и буду очень недоволен.

В большую комнату разбойники втащили связанных солдат. Того, которого Лис приложил дубинкой. Троих, которых взяли на тюфяках. Еще одного, который проспал все нападение. И доктора, не связанного.

— Я могу с ними поговорить, но они не поймут, — сказал Лис.

— Ладно, — Тарди собрался с мыслями и повернулся к солдатам.

— Вас осталось пятеро, — сказал Тарди по-французски, — Они бы зарезали вас всех, но у меня есть более выгодное предложение. Вы понимаете, зачем мы тут?

— Король с вас шкуры снимет, — мрачно сказал один из солдат.

— Если бы король мог снять с нас шкуры, он бы их давно снял, — ответил Тарди, — Тем более, что королем в Генуе и не пахнет, а через неделю здесь будут Колонна и Фрундсберг, они нам только спасибо скажут.

Солдат подумал, что через неделю скорее всего еще не будут, но спорить не стал.

— Вы не рыцари, а солдаты. Люди подневольные. Простолюдины. С точки зрения короля и его рыцарей вы просто грязь под ногами.

Солдаты кивнули. Лис, немного понимавший по-французски, улыбнулся. Бывают рыцари, которые солдатам вместо отца родного, но здесь, похоже, не тот случай.

— Поэтому у меня есть предложение. Вы помогаете нам таскать и упаковывать золото, а мы вам платим золотом и помогаем унести ноги.

— Серьезно?

— Хочешь похихикать? Мы, конечно, можем заставить евреев…

— Они не будут, — сказал солдат, — Им их бог запрещает.

— Евреев? — переспросил другой, — Он же тут один.

— У нас есть запасные евреи в том доме, куда мы все потащим, — ответил Тарди, — Они со своим богом уже договорились. У них сейчас четверг прямо до самого воскресенья.

— Разве так можно?

— Евреям можно. Вам нет.

— А мы вам тогда зачем?

— Чтобы быстрее закончить дело. Я хочу увезти все золото.

Солдаты ничего не ответили. Никто не хотел вызваться первым.

— Я не француз и не солдат, — сказал по-итальянски доктор, — Не пойму, что вы предлагаете.

— Вы помогаете нас вынести отсюда золото, а мы отпускаем вас живыми и даже заплатим, — ответил Тарди.

— Я согласен, — сказал Бонакорси и повторил то же самое на плохом французском для солдат.

Солдаты нехотя подтвердили согласие.

— Кто вообще не понимает по-нашему? — спросил Лис.

Не то, чтобы совсем ничего, но хуже прочих по-итальянски понимали двое.

— Вы остаетесь тут. Под франкоязычным руководством господина Покойника будете распаковывать все эти ящики.

— Этого в носильщики, — сказал Тарди, ткнув в солдата поменьше, — А доктора мне.

— Почему? — удивился Лис.

— Доктор, значит умный. Должен быть постоянно под присмотром.