Петруччи выпустил меч, перекатился и поднялся на колени.

— Пощадите!

— Живи, — рыцарь остановился с таким видом, будто и не собирался наносить последний удар, — Свободен.

Петруччи подобрал меч и сбежал со двора, пока рыцарь не передумал. Солдаты и не подумали его задерживать. Сказано «Свободен», значит свободен.

На прощание он бросил взгляд на невольных зрителей. Кто-то одобрительно кивнул, кто-то показал большой палец. Зайти в глаз бури и выйти обратно, вот что это было. Любой из них уже валялся бы мертвым в грязи, и хорошо, если одним куском.

— Похоже, он и правда не шарлатан и даже достоин учить черепах и улиток наподобие вас, — сказал француз. Самые опытные душегубы отметили, что у рыцаря даже дыхание не сбилось. Остальным уже стало не до подробностей, лишь бы выжить.

— Итак, где Лука? — спросил де Ментон, повернувшись примерно в сторону того самого наемника.

— Он рассчитался со всеми и ушел. Просто исчез.

— Куда?

— Не знаю.

— Где его дом, семья, любовница?

— Он не местный, у него нет ни дома, ни семьи здесь. Он снимает комнату и девок.

— С кем он здесь ведет дела?

— С сестричкой Карминой.

— Где она?

— Только что вышла замуж за рыцаря.

— Еще в Генуе?

— Да.

— Понятно, — де Ментон обернулся к своим, — Луи, возьми нашего дипломированного врача, возьми этого соловья, стражников, и попытайтесь напасть на след в норе этого Луки. А я возьму нашего четвертователя и поговорю с этой Карминой.

— С остальными что прикажете делать? — спросил сержант.

— Всех повесить, притон сжечь.

— Мессир! — один из браво упал на колени, — Не велите нас вешать, мы вам еще пригодимся!

— Как?

— Вы не местный, ваши люди не местные, солдаты не местные. А хотите найти людей и груз в Генуе и окрестностях. Наймите нас, мы это умеем!

Фабио Моралья мог бы возразить, что найдет что угодно со своей командой и без этих, но решил промолчать. Если с его подачи француз поубивает генуэзцев, будет нехорошо. А если француз примет предложение, то и ответственность за неудачи он будет возлагать на этих парней, а не на Фабио.

— Возьметесь найти и лишить золота одного из своих?

— Мы только тем и занимаемся, что воюем друг с другом за чужие дукаты. Ничего личного. У вон того парня шрам на щеке — моя работа.

— Пузо свое покажи, — ответил «вон тот парень».

— Хмм… — Де Ментон немного подумал и согласился, — Как говорил один артиллерист при Мариньяно, нужны добровольцы. Шаг вперед, кто готов послужить Франции.

Вперед шагнули почти все.

— Остальных повесить. Притон сжечь.

— Но у нас ни перекладины, ни веревок… — протянул Гийом. Ему вовсе не хотелось жечь и вешать.