Да, вот и матросы. Бубнят молитвы. Но матросы в собутыльники не годятся. Слишком отличаются от «нормальных людей». Нужны судовые офицеры или пассажиры. Ни одного. Почтенные тетушки не годятся. Торговцы подойдут. Но не этот злобный старикашка. Студенты? Откуда тут студенты? Хотя неплохой вариант — вот этот стройный молодой человек в модном, с иголочки, костюме цвета индиго с черным. С добротным мечом. Весьма набожный, потому что молился статуе святого на коленях. Похоже, он не благородного происхождения. Не схватится за меч, если толкнуть и извиниться. Но скорее примет, чем не примет приглашение выпить. У модников на самом деле редко есть лишние деньги. Чаще у них есть долги.
Лис глазами указал на модника. Ангелочек понял без слов.
Модник встал и пошел к выходу. Задержался, встретив священника. Попросил благословить на удачу. Благословился и довольный не заметил случайно оказавшегося на пути Ангелочка.
— Прошу прощенья! — благочестиво сказали одновременно все трое. И Ангелочек который как бы случайно толкнул модника, и модник, упавший на руки Лису, и Лис, поставивший его на ноги.
— Извините, сеньор, я не хотел Вас обидеть, — поклонился Ангелочек.
— Не стоит, это я был неловок, — ответил модник.
— Вы упали на удивления изящно, — сказал Лис.
Глава 26 11 декабря. Что угодно, кроме весел и парусов
В предыдущих сериях:
Галиот «Пегас» с грузом краденого золота захватили Фредерик, Тодт и компания, которые удачно подняли на бунт гребцов.
Тарди убит Фредериком. Лука притворился простым матросом и выжил. Из команды корабля восставшие гребцы оставили в живых только корабельного врача. Перед победителями стоит задача наладить управление кораблем, опираясь на имеющиеся кадровые резервы.
Джованни проложил курс. Дорада взялся за руль. Мятый отдышался и вместе с Доменико и Лукой управлялся с парусами. Матросы из всех троих получились так себе. То есть, все трое много лет назад служили на больших кораблях, но Доменико давно уже не поднимал паруса ни на чем, кроме привычной «Химеры», а Мятый и Лука последний раз выходили в море еще до «народного дожа». Оба грека оказались матросами, и их тоже приставили к делу. Оба негра помогали в меру своих сил. Во всяком случае, травить концы у них получалось. Бруно сидел бледный, но помогал советом. Мусульмане столпились на носу корабля и подозрительно молчали. Итальянцы столпились около каюты и молчали не менее подозрительно.
Тодт закончил нравоучительную беседу со швейцарцами. Оба поклялись сопровождать его до Кремоны, а там присоединиться к остальным парням, честно сражаться и не трусить. После галеры армия представлялась просто курортом. Там ночью можно спать. Лежа! Под одеялом!