— Давай так, — сказал Лис.
— Возчикам какую долю дадим? — спросил Лука.
— Как договоришься, — ответил Тарди, — Насколько я понимаю людей по ту сторону закона, если бы речь шла про десять-двадцать тысяч, они бы посчитали себя равной стороной договора и захотели от четверти до трети общей суммы. Но когда речь идет про триста тысяч, ни один вор, ни в Генуе, ни в мире не вообразит себя равным людям, которые берут такой куш. Поэтому дадим тысяч двадцать. Сразу после погрузки на корабль, мешками с монетой. И на их месте я бы покинул Геную, не выходя из порта. Сразу наш груз на один корабль, свою долю на другой и вперед, куда глаза глядят.
Глава 7 9 декабря. Первая ошибка Максимилиана
В предыдущих сериях:
Максимилиан верный рыцарь короля и совсем не грабитель. Он пообещал коннетаблю Франции Шарлю де Бурбону отобрать золото у Рыцаря Королевы и сдать его интендантам французской армии в Кремоне, куда оно изначально и было предназначено.
У Максимилиана нет ни армии в полсотни солдат, ни поддержки свыше, которая обеспечит все, что можно купить за деньги, ни инсайдера, ни профессиональных грабителей. По прибытии в Геную он может рассчитывать только на «худший экипаж Средиземного моря».
За неимением лучшего варианта, Макс и компания размещаются у алхимика Иеремии.
При побеге из Борго-Форнари, Максу помогала Виолента, также известная, как «генуэзский суккуб». Она в шутку нарисовала мелом на полу пентаграмму, как будто демона вызвал пленный рыцарь. Макс об этом даже не знает, но упоминание демонов сразу же стронуло с места механизмы церковного дознания. В Генуе пока что специальной службы на этой случай нет. Дело открыл епископ и поручил вести следствие своему подчиненному. Ранее Его Высокопреосвященство Инноценцо Чибо и его демонолог брат Витторио читателю не встречались, хотя упоминалось, что в Генуе есть епископ, а в Борго-Форнари ездил демонолог.
Первая ошибка Максимилиана состояла в том, что он не подумал, кому еще может быть нужен алхимик.
Во времена оны в Генуе стоял епископский дворец, а во дворце жил да был архиепископ и кардинал Инноченцо Чибо. Его Высокопреосвященство был не каким-то варварским епископом, вылезшим наверх из простолюдинов, нет — он происходил из знатного духовного рода. По материнской линии он приходился внуком Лоренцо Медичи, а по отцовской — внуком Папы Иннокентия VIII. Новопреставившийся Папа Лев Х был для Инноченцо родным дядей, а будущий Папа Климент VII, пока еще кардинал Джулио Медичи, кузеном.
Сам же отец Инноченцо стал кардиналом в двадцать два года, а сейчас уже второй год служил Богу и семье Медичи как архиепископ Генуи. В августе он получил почетную должность кардинала-камерленго, которую, правда, пришлось небезвозмездно уступить кардиналу Армеллини, другому достойному представителю рода Медичи. С Генуей архиепископа дополнительно связывало родство исконно генуэзской семьи Чибо с не менее уважаемыми семьями де Мари и Дориа.